Желтое солнце, четыре планеты, идеально пригодных для жизни, десять не слишком пригодных, но подходящих для добычи полезных ископаемых, восемнадцать спутников… и обнаруженный на одном из них террикон.[[3]] В промышленных количествах. То есть месторождение было такое, что за него можно было шесть планетных систем купить. Если не сильно торговаться.
Русина была расположена очень удачно. И все же — ужасно невыгодно. С одной стороны — ближайшей империей к ней была НОПАШ. С другой — Русину удачно закрывала пылевая туманность и пояс астероидов. Нопашцы даже не летали пока в ту сторону, колонизируя уже отхапанное. Но недалеко уже было время, когда они доберутся и до Русины. И что тогда?
Население планет росло ударными темпами, но… мало было размножаться. Надо еще строить крейсера, линкоры, орбитальные станции…
А на это нужны деньги и время.
Как этого добиться?
Вопрос был сложный. Русине нужно минимум двадцать лет. И поэтому Аврора, как и все остальные шпионы, старалась выиграть это время. После диверсии в Кхон-Тао кхонцы будут уверены что это дело рук НОПАШ. Соответственно, они налетят на НОПАШ и начнут разборки. А когда два тигра дерутся, побеждает обезьяна, наблюдающая за схваткой с пригорка. И никак иначе.
Нет, русинцы могли подать заявку на присоединение к любой другой стране. Россия, Кхон-Тао… да кто угодно захочет принять систему, в которой есть террикон. Да еще в приличных количествах.
Проблема была в другом. Русинцыне желали идти под чью-то руку.
Зачем⁈
Они прекрасно осваивают свои планеты. Пока еще не все — ну так все и впереди. Они также строят корабли, города, орбитальные крепости… И вообще, зачем⁈
Почему они должны идти под руку какого-то совершенно постороннего им государства?
Даже Россия, хоть и прародина русских и русинцев, была им уже достаточно чужда. Так уж сложилось. Основным культом России было христианство, основным культом Русины — язычество. И, пожалуй, вера в ноосферу. В великое пространство разума, в которое уходят все души и из которого они приходят. У русинцев были свои обычаи, свои привычки…
Короче, есть такое слово — «суверенитет»!
И все тут.






