С дочерью аджуммы Лим было ровно то же самое. Я ЗНАЮ, Наби, что это такое, когда хочется вырвать из груди сердце. Когда ты шагнула на дорогу, ты ощутила облегчение, не так ли?
Девушка помолчала, глядя на дорогу.
— Да, — негромко произнесла она, наконец. — А ещё я помню твои глаза. Жуткие. И я уверена, что Шин Кён точно не станет молчать.
— Потому что, опять же, точно знаю, — ответил Шин. — Это нужно не тебе или кому-то ещё. А мне самому.
— Это как? — снова удивилась девушка.
— М-м, это… — Шин побарабанил пальцами по рулю. — Как с изменой. Предал раз, предашь и два. Нельзя быть немного беременной, понимаешь?
Наби хихикнула. А потом стала серьёзной.
— А если… это опасно? — спросила она. — Если от этого зависит твоя жизнь?
— Да, оставаться собой — это очень дорого, — ответил Шин. — Поэтому, нужно найти таких друзей, которые тоже не сломаются.
Наби вздохнула.
— Насчёт себя я сомневаюсь, — произнесла она.
— А ты не сомневайся, — спокойно заметил Шин. — Просто знай, любой другой путь — это провал. Полное поражение. Даже если в тот момент тебе будет плохо, совсем плохо, главное, сохранить знание, что ты любому человеку можешь посмотреть в глаза. Что тебя могут оболгать… Но только за спиной. И да, это только первые два-три раза сложно, страшно и так далее. А потом ты даже не задумываешься.
Наби посмотрела на Шина. По её губам скользнула лёгкая и загадочная улыбка.
— И когда одна… дурочка, — произнесла она. — Шагнула под грузовик… Нет, даже не так. Когда та женщина говорила про деньги, ты не задумался?
— Всё верно, Наби, — ответил Шин и усмехнулся. — Понимаешь, надо держать удар. И если ты смог, то дальше удивительно удачно сходятся звёзды. И когда ты это испытаешь, гордость за себя, ты никогда не променяешь эту уверенность на мерзкое чувство стыда, что поддался. Ни за какие деньги. А люди вокруг чувствуют это.
— Да, — подтвердила Наби, кивнув.
Разговор сам собой утих. Повисшее молчание было задумчивым. Правильным…
… С ним легко, да. Словно с подружкой. Не было этого ощущения, как с парнями, что на тебя смотрят. Можно было хихикать без повода, не боясь увидеть на его лице недоумения.
— Тихо, тихо! — Шин поймал её, когда она неловко шагнула с крыльца.
А ведь это парень. Крепкий, сильный. Она сейчас словно на кусок камня упала. Впрочем, она для него, даже со всем своим весом, вообще не нагрузка.
— Шин, — заплетающимся голосом сказала Наби. — Я ещё хочу! Давай ещё… ик, выпьем!
И рассмеялась.
— Момент. Да, всё верно, этот адрес.
Он говорил с каким-то мужчиной. А стояли они возле машины парня.
— Так! Вперёд!
— Да!
Новый бар. Стойка. В бокал с пивом опускается стопка соджу…
… Полутёмная комната. Где-то на фоне мелькает мысль, что боль была какая-то вообще еле заметная. А рассказывали, что прям ух!
В алкогольном мареве она видит его тело.






