Достаточно первого предложения и далее, пока не отработаю до конца. А я не хочу Виктории доставлять проблем. Тем более, что финального акта в моей постановке не может быть, чисто физически.
— Понимаю, понимаю, — кивнул старик. — Это я так, лишь размышления вслух. А ещё меня искренне печалит, что вы не собираетесь отсюда выходить.
— Ну, Мастер, — ответил Константин. — Согласитесь, лучше здесь, где есть Виктория, Светлана и даже Виктор Наумович. И вот вы, Мастер. Чем то же самое, только с решётками на окнах, тюремной баландой и людьми, которые не знают классической литературы от слова «никогда». К сожалению, таким как я, в обществе не место. А уходить в скит — это уже совсем не модно…
… — Скоро утро, — произнёс Константин. — К сожалению, ночь длится, сколько нужно, только на страницах.
— Парадокс, — заметил старик. — Но когда увлекаешься беседой, совсем не хочется, чтобы время бежало быстрее. Знаете, Константин. Я, как вы понимаете, часто разговаривал с людьми начитанными. Но у вас свой стиль. Вы не пытаетесь цитировать. Беседа с вами живая, а не отрывками произведений. Вы не пробовали сами писать? Мне кажется, у вас это получилось бы.
— Мастер, для этого нужно иметь желание, — ответил Константин. — Каковое у меня отсутствует полностью. Возможно из-за того, что нет той темы, которую бы мне хотелось осветить.
Старик вздохнул. И поднялся с кровати. Несколько мгновений стоял, спиной к собеседнику.
— Прощайте, Константин, — произнёс он. — Мне очень жаль, что наши с вами беседы закончились.
— Мастер? — с тревогой спросил Константин. — Что-то случилось? Я могу помочь?
Старик грустно улыбнулся.
— Не со мной, Константин, — ответил он. — Видите ли… Знаете, почему так боятся остальные, когда я прихожу? Я каким-то образом чувствую, что человек скоро уйдёт. Сладковатый запах, его ни с чем не спутать. Как только вы сюда поступили, этот запах был. Иногда он пропадал, иногда становился сильнее. А сегодня… здесь пахнет ладаном.
— Вот как, — спокойно произнес Константин. — Что же… Я совру, если скажу, что мне жаль.
— И опять это равнодушие, — сухо произнёс старик. — Константин, я вас прошу. В следующей жизни поработайте над этим. И для начала научитесь любить себя.
— В следующей жизни? — усмехнулся Константин. — Не ожидал, что вы так с буддизмом накоротке.
Старик улыбнулся. Не так, как обычно. Не светло, ни грустно. Его улыбка была такая, словно лицо раскололось.
— Когда вы встретите его, — произнёс он. — Скажите, что Лавр благодарит. Эта роль была самой интересной.
— Кого «его»? — не понял Константин.
— Вы поймёте, — ответил старик. — А он с вами непременно поговорит. Вы же смогли его удивить… Такое сделать с собой, чтобы победить…
* * *
14 февраля 2016 года. Сеул. Около моста «Мапо-дэгё»
Ночной город сиял огнями.






