Как ты посмела?!
Никогда не слышала шипения змей, но наверняка очень похоже.
— Со мной говори, — звучно припечатал Макс, привлекая внимание.
Свободно выдохнула, избавившись от убийственного давления. Теперь оно направлено не на меня.
— С тобой? — вкрадчиво и злобно протянул мужчина. — Позор семьи! Меня. Какой ты теперь альфа?
В груди неприятно засвербело. Скривилась, словно кто-то вел вилкой по тарелке. Макс же внешне оставался безучастным. Черт знает, что у него внутри, но снаружи ему будто плевать на реакцию этого человека.
— На ней твоей метки нет. Сучка шею не дала, а ты, щенок, свою подставил! — незнакомец не повышал голоса, оберегая посторонние уши от словесной желчи.
К воображаемой вилке добавился нож. Симфония ада безжалостно играла на нервах.
Запила водой рвущийся наружу комментарий. Вдруг мужик только и ждет, что кто-то сорвется. Провоцирует, выводит.
— Ты оскорбляешь мою истинную, — холодно заявил Макс.
Захотелось одновременно съежиться, чтобы никто меня не видел, и расправить плечи, чтобы заметили. Слишком сильное противоречие.
— Кого?
От явной пренебрежительности в голосе все-таки сжала челюсть, усилием сдерживая язык за зубами. Я ведь скажу. Много. И не факт, что моя тирада пойдет на пользу.
— Она, что ли? — на меня махнули кистью. — Вот эта — истинная?
Его глаза отражали откровенное неприятие, которое ничем не замаскируешь. Гранитный взгляд еще раз прошелся по мне, подрывая мое фантастически короткое терпение.
— Да, я истинная Макса.
Глянула на него. Он коротко мотнул головой, призывая помолчать.
Не в этот раз. Я молчала дольше обычного.
— Я поставила метку. Я его пара. Вы отвратительны и не нравитесь мне.
Мужик оскалился с улыбкой.
— Пара? — переспросил он вкрадчиво. — Где метка, пара?
— Не ваше дело.
— Мое, — гневно проскрежетал незнакомец. — Ты вонзила зубы в моего племянника. В наследника моего брата.
Все-таки дядя. Родной, да? Настолько печется о своих племянниках, что одного едва не угробил?
— О, конечно. Разделяю ваши переживания. Родная кровь, ее не подвергают опасности. Так ведь? Или опыты над племянниками не считаются?
Рука незнакомца взметнулась. Не знаю, что он собирался сделать. И не узнаю. Макс перехватил за предплечье, не позволяя притронуться ко мне.
Я вскочила с места по другую сторону стола. Бешенное сердцебиение отдавалось в горле, заполнило уши.
Между родственниками едва ли не летали снопы искр. Посетители ресторана за соседними столами заметно напряглись, кто-то даже решил уйти, опасливо оглядываясь.
Исходящая от мужчины энергия действительно побуждала бежать. Далеко. И быстро.
— Я не позволю какой-то выскочке высказывать мне, будь она хоть трижды истинной, — он дернулся освободиться из захвата, но Макс не ослабил хватку.
— Как и я не позволю причинить ей вреда.






