ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Три поколения женщин пробовали вылепить из него кого-то своего, но он так и не сломался. В нём жил мужчина, боец, солдат — и даже в месте, куда ему путь был заказан, он не изменил себе. Теперь же для него важно не просто уцелеть любой ценой, а ещё и выручить тех, кто дорог. Толмач Эльхан Аскеров Три поколения женщин пробовали вылепить из него кого-то своего, но он так и не сломался. В нём жил мужчина, боец, солдат — и даже в месте, куда ему путь был заказан, он не изменил себе. Теперь же для него важно не просто уцелеть любой ценой, а ещё и выручить тех, кто дорог. ==================== …Палящее южное солнце брызнуло в глаза ярким сполохом полуденных лучей,... …Палящее южное солнце брызнуло в глаза ярким сполохом полуденных лучей, и Егор невольно зажмурился, опуская голову, чтобы уберечь глаза от куриной слепоты. Так что, откуда взялся этот обкуренный смертник, он так и не понял. Только когда в глазах перестали плясать зайчики, он вдруг сообразил, что смотрит в рожу этому ненормальному, сжимая в руках автомат. Раскинув в стороны руки и улыбаясь какой-то дурацкой улыбкой, шахид вскинул голову к небу и, брызгая слюной, прохрипел: — Аллаху акбар!!! — Ложись! — раздался вопль откуда-то из-за увала, но Егор понял. Не успеет. Ничего не успеет. Ни выстрелить, ни лечь. Но тело решило действовать без участия мозга. Так иногда бывает, когда на размышления уже нет ни секунды, а опасность настолько реальна, что подсознание опережает действием мысль. Согнувшись почти пополам, Егор прыжком

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Голова сильно закружилась, пока вставал, случаем табурет уронил, — просипел Егор, делая глубокий вздох.

— Рано вы вставать начали, молодой человек, — заворчал доктор, быстро осматривая его. — Сказано же, с такими контузиями шутить не стоит. Так и до эпилепсии какой, прости господи, дошутиться можно.

— Я уже все бока себе отлежал, доктор, — попытался отшутиться Егор. — А читать толком тоже не получается. Я ж так со скуки сдохну.

— Вы нас представите, доктор? — поинтересовался он, заметив внимательный, изучающий взгляд неизвестного.

— Действительный статский советник второго ранга Игнат Иванович Вяземский, — шагнув вперед, самостоятельно представился мужчина. — Ваш двоюродный дядя, молодой человек.

— Весьма рад знакомству, Игнат Иванович, но прошу меня простить, я вас не помню. Я теперь почти ничего не помню, — быстро признался Егор, пытаясь проиграть ситуацию и понять, чем это знакомство ему грозит.

— Вы и не можете меня помнить, юноша, — едва заметно усмехнулся Игнат Иванович. — Виделись мы только однажды, когда вам было всего год. Но я бы хотел поговорить обо всем по порядку. Вы в состоянии выслушать, или лучше отложить беседу? — осторожно уточнил он.

— Ну, за разговор денег не берут. А уж за послушать тем более, — не удержавшись, фыркнул Егор, медленно возвращаясь на кровать. — Прошу вас, Игнат Иванович. Присаживайтесь, — предложил он, указывая на табурет, который уже успел поднять врач. — Уж простите, но иного места тут нет. У меня теперь и вовсе ничего нет, — добавил он, запуская пробный шар.

— Не извольте беспокоиться, Егор Матвеевич. Я ко всякому привычен, — усмехнулся мужик, опускаясь на табурет. — Я там попросил вашего человека в трактир сходить, вы уж присмотрите, доктор, чтобы он не забыл, — повернувшись к врачу, добавил он, явно намекая, что разговор будет не для лишних ушей.

— Не извольте беспокоиться, ваше превосходительство, — быстро закивал врач. — Как только появится, лично приведу сюда, — пообещал он, выскальзывая в коридор и аккуратно прикрывая за собой дверь.

— Могу я обращаться к вам по имени? — вежливо поинтересовался мужик, внимательно оглядывая Егора так, словно пытался на нем что-то найти.

— Можно даже на ты. Понимаю, что перед вами я еще мальчишка, — кивнул парень, разглядывая его с не меньшим интересом.

— Однако в парне есть характер, — тихо проворчал Игнат Иванович, вдруг перейдя на итальянский язык.

— Уж поверьте, что у меня и осталось в целости, так это только он, — тут же отозвался Егор на том же языке.

— Брависсимо, юноша, — расхохотался мужик. — Вот уж чего никак не ожидал. Но начнем с самого начала. Как я уже сказал, я ваш двоюродный дядя.