В этот момент орудийные установки подняли свои головы вверх, встречая ливнем огня летающих существ.
Гарл сделал меткий выстрел в одну из бронированных тварей, похожей на ползущий бронированный холм. Снаряд угодил ей под брюхо, подняв взорванные останки существа в воздух. Узкие переходы мгновенно исчезли в суровом вихре пламени, образовав на месте себя глубокие воронки. Концентрированный огонь потрошил укрепленную почву, не давая ей исцелиться. Рой нырял в это подобие траншеи, на миг, спасаясь от огня, но пересекая ее, выбегал обратно, вновь попадая под раздачу. Им не было конца, их не волновали потери и не заботили собственные жизни. Мать отдала им ментальный приказ, и они не смели не подчиниться.
— Волкан, Хакар, на вас южная сторона. Оттесните бой как можно дальше, никто вам не помешает, поэтому, даже не думайте сдерживаться, — отдал приказ Дюран. Оба заместителя, все это время стояли за его спиной, с нетерпением ожидая подобного приказа. Они низко поклонились, встав на одно колено, и тут же исчезли, желая отыграться за первую битву.
Церберион успел заметить, как они уходят все дальше в южном направлении и пожалел, что не сможет увидеть эту знаменитую парочку в действии. Они так редко бились вместе, и каждый раз это было поистине захватывающим зрелищем. Волкан и Хакар, гнев и солнце Артэминоса, лучшие воины легиона и, пожалуй, всей империи Артэминос.
Августарий грациозно и величественно приземлился прямо посреди роя, разбросав созданий в стороны золотистой ударной волной. Волкан с яростью обрушился на землю в двух километрах от него, превратив врагов в жалкие куски мяса, летящего во все стороны кроваво-черным дождем.
— Только ты и я, вдвоем против всего мира, как в старые добрые, — с ностальгической улыбкой передал Хакар по личному каналу связи.
— Новокаспийские трущобы, там народ выглядел ничуть не лучше этих, — ухмыльнулся Волкан, крепче сжимая молот. Он вспомнил двух оборванцев, пытающихся не сдохнуть посреди отбросов общества, расположенных на границах империи в агроколонии. Грязь, голод, смерть и безнадега, и только они друг у друга, вдвоем, против всего мира.
— Убьем их всех, — голос Хакара был похож на золотистый рассвет, поднимающийся из-за горизонта, способный развеять самую непроглядную тьму.
— Всех до одного, — с пылом и горящим внутри жаром битвы ответил Волкан, чей голос прогремел яростью из жерла вулкана.
Августарий неподвижно стоял там же, где и приземлился, Волкан делал то же самое. Твари окружили их и набросились, подобно волнам, накрывающим одинокие скалы. Среди кучи демонов, что пытались убить Хакара, просочился свет и в эту же секунду они обратились в пепел. Все в радиусе километра стало прахом, падающим черным песком на землю. Августарий выпрямился в величественной позе.






