— Сержант, ваш илган, — Юсар протянул руку, воин без колебаний подчинился, вручив ему свое оружие.
Валтасу перевел в режим пулемета, длинный ствол разошелся на три более коротких части, закрепившихся на приводе поворота стволов. Юсар резко показался в окне, открыв огонь. Легионеры Хакара скрылись за руинами, некоторые рухнули оземь, укрывшись за разбросанными на дороге обломками домов. Пятеро оказались не такими проворными, скрючившись в паралитических судорогах, пока падали вниз. Стрельба обрушилась на позиции цунами, и затихла, получив желанную долю разрушений. Камни усеяли электрические головастики, потрескивающие паутинами молний. Воины Хакара стали поднимать головы, но Юсар ждал лишь одну.
Августарий вновь показался из дома, в котором укрылся, даже за шлемом Юсар чувствовал его злобу и негодование, что доставляло радости. Валтасу продемонстрировал первому заместителю средний палец и скрылся из виду. Конечно, за такую неуставную выходку его могут ждать проблемы, но, да, это было в стиле Волкана, а значит, он просто выполнял приказ.
— Упертый баран… — прошипел Августарий, сжимая свои кулаки. — Ну, ничего, посмотрим, как ты справишься с тем, что тебя ждет.
Хакар раздал команды своим воинам, штурм по его плану должен был начаться в ближайшую минуту. Воспользовавшись ей, он активировал передатчик, чтобы проверить, как дела у Амалриха. Ответом ему была тишина. Августарий занервничал, мысли потянулись к вырисовываемым ситуациям. Его воины никак не могли проиграть за такой промежуток времени, напротив, он даже рассчитывал на победу. Ответ пришел сам собой — глушитель связи, таков был козырь Волкана. Но зачем? Какой ему в этом прок, и как поможет? «Волкан сделал ставку не на себя, а на первого капитана? Не может быть, это глупо, не логично с его стороны». Августарий связался с тремя соколами, что отправил охранять тыл. Они доложили об отсутствии врага и тут же были перенаправлены им в сторону штаба, чтобы оценить обстановку и затем лично доставить информацию.
Темная фигура пригнулась за мусорным баком, скрывшись от взора пролетавших мимо соколов. Какое-то время он старался не шевелиться, даже не дышать, пока гул ранцев ни стал совсем далеким. Сержант Энтони Песо с трудом поднялся на ноги, по-прежнему парализованный наполовину. Его тело устало, критично и до боли каждой клетки мышц. Воин оперся на стену, ощущая, как пот льется ручьем с его лба, как ноет нога, не желающая более продолжать путь. Но он должен был двигаться дальше, чего бы, это ни стоило, пройти испытание, которое сделает его лишь сильнее. Энтони снял шлем, крепления с гудением щелкнули, и сержант бросил броню на землю, с наслаждением вдыхая отфильтрованный воздух корабля.






