-Демьян, ты можешь убрать свой рюкзак в сторону? Оставил его посреди комнаты.
-Мне он не мешает. Тебе надо, ты и убирай.
-Прости? Я не буду трогать чужое.
-Ну я же тебе не чужой человек. Муж все-таки. Могла бы поухаживать за мной. Шмотки в шкаф сложить.
-Чего?
-Я бы сам. Да только вот устал с дороги. Сил совсем нет, - он неправдоподобно застонал, поворачиваясь на другой бок. –Все мышцы затекли от продолжительной езды.
-Мышцы твои затекли не от продолжительной езды, а от продолжительного лежания. Лежебока.
-Ох… Могла бы и пожалеть! Конечно, рядом сидеть, это тебе не руль крутить и на педали нажимать всю дорогу. Тебе не понять!
-Может, тебе еще веером помахать? Да массажик расслабляющий сделать?
-Я очень даже не против.
-Ну, Демьян! Я серьезно с тобой разговариваю. Меня твой рюкзак уже начинает раздражать. Все должно лежать на своих местах.
-А ты с чего взяла, что там не его место? Или где-то есть надпись «специально для рюкзака»!
-Ну ты и… мужлан. –Я надеялась, что это оскорбление хоть как-то на него подействует и заставит поднять его ленивую задницу с дивана.
Но Демьян только рассмеялся.
-Никогда не слышал таких безобидных оскорблений.
-Ладно… - приседаю на корточки. Расстегиваю молнию на рюкзаке. –Ты уверен, что тебя не оскорбит тот факт, что я буду рыться в твоих вещах?
-Ах, - он закатывает глаза. –Не оскорбит. Тем более, это твои обязанности.
-Чего?
-Того! У нас в семье всегда так было заведено – кому надо, тот и делает. Мне надо лежать, я лежу. Тебе надо убираться, убирайся.
-Ах ты!
Что я там думала? Без проблем справлюсь с этим сожительством? Тем более, это всего на пару дней. Пфффф. Мои нервы на пределе уже через пару часов совместного времяпровождения с этим вредным лентяем. И это учитывая то, что часть дороги я проспала.
----------
Глава 17.
Демьян
Уууууууу…
Из окна это дерево казалось гораздо ниже. Даже присвистнул, глядя на высокую крону, покачивающуюся под влиянием легкого прохладного ветерка. Многочисленные ветки, «усыпанные» крупными желтыми плодами, склонялись под их весом. Но даже так мне не удавалось дотянуться.
Внизу на траве лежали грушевые плоды, над которыми роились пчелы. Сочные лакомства выглядели непрезентабельно, были потрескавшимися, да и темно-коричневые пятна гнили отталкивали.
Тем более! То, что упало, то пропало. Все, что лежит на земле дольше трех секунд употреблению в пищу не подлежит.
Согласившись с Ариной в том, что дерево выглядит хлипким, я решил выработать другую стратегию. Подошел к стволу дерева, обвил его руками и начал слегка его расшатывать. Дерево завибрировало, но к моему разочарованию с него падали только такие же гнилые фрукты. А красивые и презентабельные груши падать не торопились, будучи надежно сцепленными плодоножками.






