ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эфир, пронизывающий небеса, питает собой всё живое, однако эта незримая сила бессильна против людских пороков: с начала времён и по сей день род человеческий не устаёт врать, убивать и предавать. Филипп Олеандр вон Черен — отнюдь не праведник, хоть и взял на себя труд изобличать магов и служителей запределья среди учёных. Магистр не расстаётся с зачарованными пистолями и жезлом ни днём ни ночью, а его помощники давно привыкли нарушать закон, пуская в дело сталь и колдовство. Только клинки и чары бессильны против сплетённых чужими руками интриг. Улики исчезают, свидетели умирают, время ускользает, и остаётся лишь тянуть нити заговора, надеясь, что однажды удастся нанести собственный удар.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ну… время позднее, пора подумать о ночлеге. Порекомендуете хорошую гостиницу? — Пустое! — покачал головой граф Хирфельд. — Остановитесь у меня. — Не хотелось бы стеснять… — Никакого стеснения, дом просторен. И прошу: не обижайте меня отказом! Моя прямая обязанность — обеспечить комфорт… и безопасность коллеги. — Полагаете, нам грозит опасность? — Ленинцген — большой и беспокойный город, магистр. Наглядной демонстрацией этого высказывания на улочку вывернула кавалькада до зубов вооруженных верховых; горожане моментально разбежались, спеша убраться с дороги всадников. Магистр-управляющий выпрямился в седле и прикоснулся к шляпе, приветствуя встречных. Скакавший во главе процессии седоусый аристократ ответил столь же формальным жестом, и мы разъехались. Я обернулся и с удивлением отметил, что сопровождающие графа охранники держат ладони на рукоятях пистолей. — Неладно что-то в королевстве Грахцен! — донесся сзади шепоток маэстро Салазара. Магистр-управляющий перехватил мой озадаченный взгляд и усмехнулся. — Поверьте на слово, магистр: здесь ничего не стоит выйти из дома и сгинуть без следа. Озерные воды глубоки. — А мое исчезновение расценят бегством от правосудия, что бросит тень на репутацию Вселенской комиссии, — понимающе продолжил я мысль собеседника, не став упоминать об уроне его собственной чести. Граф невесело рассмеялся. — Ваше бегство, магистр, поставит меня в крайне незавидное положение, но такое вот… исчезновение и вовсе заставит очутиться между молотом и наковальней. Я насторожился. — Боюсь, смысл вашего высказывания ускользает от меня, магистр. — Маркиз цу Рогер лично выразил заинтересованность в вашем деле. — О-о-о! — только и протянул я. Обвинение одного из магистров в убийстве кузена великого герцога сопредельного государства просто не могло не привлечь внимания главы Вселенской комиссии, поскольку ставило под вопрос дальнейшее пребывание моих коллег в Сваами, но я и подумать не мог, что буря разразится столь скоро. — Чему вы удивляетесь? — не разделил моего изумления граф Хирфельд. — По эфирным каналам новости расходятся со скоростью лесного пожара! — И что же его светлость? — Мне приказано всеми доступными средствами обеспечить свободу передвижения магистру вон Черену, — отстраненно произнес граф, — коему надлежит незамедлительно отправиться в Ренмель. Я невольно поежился. Ясно и понятно, что в столице империи меня ждут одни только неприятности, и ничего, кроме них.