ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Слава о романе ширится среди уездной знати и прочих сильных мира сего. Вместе с новыми дверями открываются и новые опасности. Чем выше поднимешься, тем сокрушительнее падение, а один неверный шаг способен приумножить недоброжелателей. Однако цель не позволяет застыть на месте — нужно идти вперед. Сын помещика – 8 Никита Семин Слава о романе ширится среди уездной знати и прочих сильных мира сего. Вместе с новыми дверями открываются и новые опасности. Чем выше поднимешься, тем сокрушительнее падение, а один неверный шаг способен приумножить недоброжелателей. Однако цель не позволяет застыть на месте — нужно идти вперед. ==================== Глава 1 Глава 1 25 сентября 1859 года Гости ресторана оживленно перемещались по залу. Большинство уже подошло к накрытому «шведскому» столу и утоляли голод. Все же не первый час здесь находимся. А к нам с Анастасией целенаправленно двигался Василий Емельянович Губин. До этого мы пересеклись с ним лишь раз, и капитан-исправник намекнул, что очень желает поговорить со мной после завершения состязания. Вот и послушаем, что он хочет мне сказать. — Роман Сергеевич, поздравляю ваш род с прохождением во второй тур, — улыбнулся мужчина, оказавшись рядом. — Впрочем, этого следовало ожидать. Все же идея была ваша. А я уже успел понять, что в заведомо проигрышные дела вы не ввязываетесь. — Откуда такая уверенность? — поднял я бровь. — В том, что идея ваша? — усмехнулся полицейский. — Так это не секрет. Софья Александровна и не скрывала, что это ее плем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Поровну вложения, но и доход соответственно тоже.

— Вы так уверены в своих финансовых возможностях? — не удержался я, что вызвало удивление у мужчины.

Но он не растерялся.

— Не думаю, что беднее вас. Раз вы не сомневаетесь, что потянете даже в одиночку, то и я найду средства.

Особо больше ни о чем конкретном поговорить не удалось. Дальше все упиралось в детали, а их уже, как и сказала тетя, без Губина мы обсуждать не будем. Борис Романович в итоге нас покинул, но никакого недовольства я у него не заметил. Кажется, наоборот, мы лишь еще раз усилили свои позиции. Но давить и требовать себе кусок побольше он не перестанет. Вон — сразу на половину замахнулся!

— Напишу-ка я Василию Емельяновичу, чтобы он завтра пораньше пришел, — поднялась из кресла тетя.

* * *

Санкт-Петербург

— Иван Сергеевич, присаживайтесь, — кивнул Милашину на стул в своем кабинете князь Белкин Виктор Алексеевич.

Грузный мужчина с пышными усами и толстыми мясистыми пальцами, которыми он сейчас держал в руках какой-то документ. Милашина вызвали спустя почти неделю после его доклада. И как считал мужчина — сейчас решится, приняли ли его аргументы во внимание и попытка контакта с бабидами возобновится, или же ему откажут.

— Признаться, дело ваше уж очень сомнительно в глазах Его Величества, — начал Виктор Алексеевич. Иван не перебивал, хотя сердце его замерло. Неужто ему прикажут заниматься иными делами? И тогда про новые инициативы можно забыть. Никто не любит проигравших. — Однако он готов дать вашей идее еще один шанс.

Милашин еле удержался от облегченного выдоха. Но Белкин еще не закончил, поэтому он продолжал молчать и внимать начальству.

— В связи с прошлой неудачей повторная попытка вашей поездки в Персию признана нецелесообразной, — монотонным голосом сказал князь. И вот тут Иван чуть не нарушил свое молчание. В последний момент сумел удержаться. Виктор Алексеевич это заметил, и в его глазах промелькнул огонек одобрения такой сдержанности. — На этот раз будет отправлено письмо главе этого учения. В нем будет изложена наша готовность к сотрудничеству и просьба прислать связного в нашу страну. Его Величество не желает больше рисковать своими подданными. Если бабидам необходима наша поддержка, пусть сами едут. В случае положительного ответа с их стороны — уже вы, Иван Сергеевич, вступите в дело.

Пусть не в том виде, который хотелось бы, но Милашин получил желаемое. Его идею не похоронили, а дали второй шанс. И его самого тоже пока никуда не задвигают. На этом аудиенция у князя подошла к концу. Новых заданий тот тоже не дал. Лишь перед уходом Иван осмелился спросить — будет ли какое-то поощрение спасшему его офицеру.

— Это не в нашей юрисдикции, — пожал плечами Виктор Алексеевич.