Аббревиатуру уже придумали — САСШ.
— Чарли, — обратился я к ней по имени, от которого она внутренне поморщилась, не подав при этом вида. Её слабость я выяснил, когда спросил, как к ней чаще всего обращалась прежняя королева. Соврать герцогиня мне не смогла из-за принесённой клятвы, и ответила прямо, добавив, впрочем, что лучше к ней обращаться полным именем. Но я не стал нарушать традиций, обращаясь, как я хочу, а не как ей нравится. Ибо нефиг. Не заслужила ещё. — Чарли, а почему об этом докладываете вы, а не герцогиня Йоркская? Внутренние враги — это её профиль.
— А со внешними вы ещё не определились. Теперь вы определяете внешнюю политику Британской империи. После того, как Испания неожиданно стало союзницей, МИД в растерянности. Поэтому пока я пустила ресурсы своей службы на отслеживание телодвижений всех врагов короны.
— Хорошо, — я уже знал о вечной конкуренции между МИ-5 и Ми-6. — Тогда доведите по вашим каналам до всех этих Рокфеллеров с Морганами и прочими Швабами, что аббревиатура США мне больше нравится. Расшифровывается как Социалистические Штаты Америки. Могу помочь поставить эксперимент по строительству коммунизьма на отдельно взятой территории. Национализируем все предприятия, от каждого по способностям, каждому по делам его. Если не угомонятся.
— Я поняла. А что делать с печатанием рублей Российской империи? Продолжать?
— В смысле? Давай-ка поподробнее.
— Предыдущей королевой была запущена программа печати фальшивых рублей для подрыва экономики глобального конкурента. Уже вброшено в обращение два миллиарда рублей по разным каналам.
— Печать рублей остановить, оборудование демонтировать, все запасы фальшивок уничтожить, всю программу засекретить. Выполнить немедленно! — приказал я. Не хватало мне, чтобы возникли какие-то претензии от земляков. Сам не делал, а что там до меня другая власть творила, то мне не ведомо. Тем более, два миллиарда не такая уж большая сумма. Отследят как-нибудь и вынут из оборота. Да и начинать общение в новом качестве с извинений — это заранее ослабить свою позицию в переговорах, что мне крайне неинтересно.
— Поняла, — она замялась, как девочка. — Ваше Величество, а можете ещё раз показать?
— Что показать? — не понял, задумавшись о возможных проблемах с Романовыми.
— Радугу… — выдохнула она. Я позавчера, когда принимал клятву у своих новых подданных, заявил, что они присягают эмериту — слишком уж мне эмоции некоторых не понравились. Мальчишка, вчерашний безродный, куда мне в калашный ряд? Конечно же, никто сразу не поверил, и пришлось продемонстрировать радугу из рук, чтобы прониклись. Зато после демонстрации сомневающихся не осталось — эмоции крайнего удивления, страха и смирения трудно подделать.






