Но от налогового инспектора фиг убежишь.
* * *
Июльский день в Барселоне — это испытание. Каменный город нагревается, как печка, заставляя прятаться своих жителей в полуденные часы. Не спасала даже близость к морю. Другое дело — лето в Пиренейских горах. Я с удовольствием воспринял переезд. Так в сопровождении боевой звезды испанских волкодавов я оказался в замке Фарнес, построенном на северных подступах к Барселоне на одном из горных перевалов.
Замок принимал активное участие во всех кровопролитных войнах во времена реконкисты, когда предки Исабель освобождали территорию от нашествия мусульман. Сейчас он утратил своё оборонительное значение и служит военной базой, где с восемнадцатого века размещается гарнизон Бурбонов. Впрочем, гарнизон — это было слишком сильно сказано. Здесь проходят тренировки испанского спецназа, живущего в казармах за стенами крепости. В самом замке было слишком тесно, и в нём никто не жил. Теперь здесь живу я.
В центральной башне оказалось несколько благоустроенных комнат, где я и разместился с навязанной мне Исабель помощницей. Боевая звезда расположилась в помещениях крепостной стены и стала нести охрану стен с воротами. Командир звезды — плотно сбитая испанка под полтинник в ранге мастера, попыталась меня построить, озвучив правила для охраняемого объекта, но была поставлена на место: «Эсмеральда, не говорите, что мне делать, и я не скажу, куда вам идти. Замок покидать в тайне от вас не буду, но за свой распорядок я отвечаю сам!»
Впрочем, в течение недели мы с ней поладили. Я с удовольствием учился махать колюще-режущим во внутреннем дворе замка в компании с боевиками звезды — Эсмеральда была начальницей над четвёркой ветеранов в ранге учеников. Мне нравились эти основательные жилистые мужчины, нюхнувшие пороху. Они же с удовольствием учили работать рапирами, шпагами, дагами и мечами, сказав, что подходящее мне оружие меня само выберет.
За всеми тренировками исподтишка наблюдала помощница, с которой у меня сразу не задалось. Молодая девица по имени Лукреция с тёмными омутами глаз являлась дворянкой из обнищавшего рода маркизов Борджиа и была одарённой в ранге учителя, что для её двадцати пяти лет было очень даже неплохо. Она с самого первого дня знакомства говорила со мной только по-испански с видом огромного одолжения, хотя знала английский, на котором мы могли с ней объясняться. Когда я поинтересовался у Исабель, зачем мне такая надменная помощница, да ещё из дворян, которая ни черта не понимает на русском, а лишь сверкает глазищами, получил развёрнутый ответ: «Ярослав, наш язык ты выучишь, и девочка станет тебе незаменимой, как Энрике стал незаменимым для меня. Лукреция является дочерью министра финансов и знает всю финансовую и налоговую систему Испании.






