ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Людей как биологического вида больше нет. Однако кто-то запускает программу «Возрождение», и вчерашний бродяга и любитель риска Сергей Нестеров — один из миллионов, чей слепок личности отобрали наугад, — просыпается в реальности, которая напоминает игру. Эти существа зовутся хантерами. Они охотятся на людей, убивают ради силы. Так легче, а добыча жирнее. Все их боятся и ненавидят, но никто не смеет бросить вызов. Они мнили себя хозяевами жизни, пока не напали не на ту жертву. Обложку нарисовал Катэр Вэй. Продолжение следует.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Какое же это счастье, после воплощенных ощущений полена, стать наконец-то человеком. Понимал радость Буратино. Вертеть руками и ногами, поворачивать шею, встать, размяться, прогнуться. Сказать что-то вслух пусть и донельзя матерное, но…

Ученый ждал.

— Возможности среднего человека соответствуют значениям в две единицы во всех параметрах. Сегодня в 12−00, а затем в 24−00 произойдет закрепление заработанного за сутки прогресса. В дальнейшем только раз в сутки. С каждой смертью вы теряете 1 очко базового навыка, 1 характеристику, 1 очко развития, если таковое имеется, а также 1 жизнь и 50% заработанного опыта — это из закрепленных. Если у вас имеются незакрепленные очки, то они сгорают все. И могут быть получены в виде трофеев другими разумными. Предельное количество возможных возрождений не может на данном уровне индивидуальных репликаторов превышать цифру три. Восстанавливаются потраченные жизни или в рамках каких-либо сценариев, или при повышении уровня. На каждом полученном уровне восполняется 1 жизнь. Так же дается два очка первичных характеристик, переход на первый уровень сопровождается их ростом, как и умений, на величину до 50%. В дальнейшем до 30% на десятом уровне. До 10% на двадцатом. Кроме этого, за каждый нечетный лэвел вам дается по одной единице умения и развития. Все ясно?

Ясно, ясно. Как в игре. А может это она и есть? Китайская социальная виртуальная реальность? Или наша? Дал согласие на участие в эксперименте по тестированию? Почему тогда ничего не помнил?

— Дается три попытки, умирая, теряешь часть прогресса, если не произошло закрепление в 24−00, — повторил вслух. — В итоге, с каждой смертью, становишься слабее.

Вывод номер раз, граничащий с очевидностью — не умирать!

Последний вопрос ученого был риторическим — на мой ответ ему, как оказалось — плевать. Это была пусть и голографическая, но некая запись, интерактивная, а не о реальное общение с искусственным интеллектом, о котором последнее время не говорил только ленивый.

Профессор сделал паузу секунд на пять, выслушал, но промолчал, и только после моего «понятно», продолжил просвещать. Говорил кратко, четко, лаконично, если после его вопроса следовал отрицательный ответ, тот просто дублировал уже сказанное. Напоминая наших туристов за границей, когда они громкостью русской речи, ее замедлением, пытались преодолеть языковой барьер, искренне костеря умственные способности аборигенов.

С умениями тоже было все просто. Во вкладке пока горело только четыре возможных из них. Первая —«усиление».