Нам и у себя в дебрях живется очень даже неплохо…
А когда выезжал, меня тормознули у наваленных мешков с песком, и один из солдат передал мне кое-что от Рената: патроны обоего типа к моему ружью и магазины для пистолета. И этот щедрый дар добавил мне нехило так уверенности в себе… Или это все еще действуют вколотые лекарства?..
----------
Глава 11
Глава 11
Глава одиннадцатая
После завтрака я опять отключился. На этот раз в постели и всего на пару часов. Проснувшись, почувствовал себя чуть лучше, но общее состояние оставалось все столь же паршивым. Болела голова, ныло лицо, нос не дышал, а когда я встал, меня чуток повело, но скоро это состояние прекратилось, и я стал тверже стоять на ногах. Прошла и тошнота. Каждое слишком сильное приземление пятки на пол отдавалось болью в затылке, а когда потянулся за уползшей под кроватью шлепкой, то в голове колануло так сильно, что я мгновенно выпрямился и решил больше так не делать. Таблетка кетерола не помогла, и я выпил еще одну, добавив к ней верный ибупрофен. И пусть доктора всего мира смотрят осуждающе… Да, я знаю, что так делать нельзя, но… мне слишком больно, и терпеть это весь день просто не вариант.
И где-то к полудню мне наконец полегчало настолько, что я смог заняться очень неспешным обустройством и наведением порядка в доме. Главное — не нагибаться, а приседать, если надо что-то поднять с пола. Установив на стол еще один монитор, подключил его к компьютеру, покопавшись в браузерах, вывел на все экраны мировые новости и занялся остальными бродячими и охающими делами.
Нет, мне и раньше прилетало по лицу. Мы дрались, падали, возились на асфальте, сдирая локти и колени в кровь, убегали от старшаков — и вообще всякое бывало. Но настолько сильных ударов я прежде не получал. Дело даже не в боли — мне просто было хреново. И все как-то отупело и в тумане. Словно голову встряхнули, как электрическую лампочку старого образца, порвав вольфрамовую спираль… С какой же силой бьют эти твари? Мне досталось-то всего несколько ударов, и там не было места для размаха. Или меня все же контузило? Я не спец в этих делах, но меня спрашивали об этом вчера в кунге «Шишиги».
Временами накатывала дурнота, и в этих случаях я сидел в кресле, пил теплый сладкий чай и смотрел в экраны. Когда становилось легче — поднимался и начинал шуршать через «не могу и не хочу», постоянно напоминая себе, что могу рассчитывать только и только на себя.
Никто. Никто не придет и не поможет. Либо я это сделаю сам — либо это останется несделанным навсегда.
А так хочется кому-то пожалиться…
Вообще, я с постели уже поднялся с этим хнычущим детским желанием позвонить друзьям, рассказать, насколько хреново мне пришлось вчера, получить от них дозу сочувствия и ободрения — чтобы меня дистанционно погладили по головке.






