ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мина Руми добилась своего, но теперь трясётся: не выгонят ли? Сора Сон объясняет просто: либо работай и помалкивай, либо лезь в управление и готовься конкурировать с такими, как Синхё или А Сон. И напоминает — помощь не была бесплатной. Понадобится, поделишься тем, что увидишь. А Сон Го наблюдает и делает выводы. Кошивон больше не просто общежитие: все тянут своих, заводят связи, играют в игры, которые уже давно не детские. Сёстры Сон идут в гору, адвокаты пристраивают людей, и каждый поглядывает на Шина — парня, который теперь решает серьёзные деньги. Шин улетает в Таиланд, Со И Ли провожает его как мужа, Хюнэ Ди Сюн пытается понять, во что ввязалась. А впереди — встреча с Председателем, после которой не выйти.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они вернулись в гостиную, где Ган только что и сидел. На столе так и стоял стакан и бутылка с «виски». Местным, дешёвым пойлом, другого в магазинчике неподалёку не продавали. Один из мужчин усадил На Му Гана на диван, с силой надавив на плечо, второй прошёл к входной двери.

В дом вошли ещё трое. Таких же крепких мужиков.

— Ты туда, ты туда, — а распоряжался мужчина за сорок.

И вот его На Му Ган узнал. Видел раньше на фото. Это был Пак Хэ Джин. То есть…

— Здравствуйте, папа! — ироничный, ехидный голос Хюнэ Ди Сюн.

«Дочка», в лёгком синем облегающем платье, подошла, присела в кресло напротив, положила ногу на ногу, демонстрируя красоту и длину ног.

— Что-то вы негостеприимны, — губы Сюн скривились в презрительной усмешке. — Мы к вам в гости, а вы в дверь.

В соседнее же кресло опустилась невысокая худая женщина. В строгом деловом костюме, но без пиджака, только в белой блузке. Климат всё-таки.

«Хаджин Бин» — с холодом в груди На Му Ган опознал вторую гостью.

Которая с деловитым видом положила на столик кожаную папку.

— Здравствуйте, господин Ган, — спокойным ровным тоном произнесла Бин.

Она достала из папки небольшой прибор из серого пластика. В котором Ган опознал диктофон.

В этот момент один из парней поднёс к Сюн уже раскрытый чемоданчик. Хюнэ Ди бросила туда мимолётный взгляд.

— Доллары? Это правильно, — кивнула она.

Парень убрал чемоданчик. Сюн с предвкушением на лице посмотрела на отчима.

— Итак, — произнесла она. — Что-то вы, папа, уехали и не попрощались. Вот я и решила восполнить этот пробел. К сожалению, маму с собой я взять не могла, она уже смотрит на небо через решётку. Вы буквально на день опередили события. Что похвально, вы смотрите в будущее. Надеюсь, вы и дальше будете столь же предусмотрительны.

Ган промолчал. Потом нагнулся. Сюн при этом сделала знак, чтобы мужчине не мешали. На Му Ган же взял стакан… и выпил залпом. Поморщился.

— Сколько? — сипло спросил Ган.

— Приятно разговаривать с понимающим человеком, — ответила Сюн. — Вашим подельникам пришлось угрожать, растолковывать перспективы. Господин Хо настолько упёрся, что пришлось его использовать, как пример.

Бин же передали ноутбук. Она поставила его на столик, открыла.

— Пример? — не понял Ган.

— К сожалению, на его похороны вы не сможете попасть, — ответила Хюнэ Ди уже спокойным, холодным тоном. — В республике вас, разумеется, задержат ещё в аэропорту.

По спине Гана потек холодный липкий пот. Вряд ли… Сюн решила просто напугать. Это было бы глупо. Ну, и намёк от неё более, чем… Ясный.

На Му Ган снял очки. Опустил голову, облизал губы.

— Около ста тысяч, Сюн-ним, — сказал кто-то из-за спины Гана.

— Это возле… — Хюнэ Ди задумалась. — Ста пятидесяти миллионов. Спасибо, Шу Чо.

Сюн перевела взгляд на собеседника.

— Почему Аргентина? — спросила она.