В почете были рабочие специальности, а не бесчисленное племя юристо-экономистов.
Но мне в любом случае придется вышку получать. В системе для карьеры без этого никак. А так по 259-му приказу я только могу после средки служить в розыске опером (потолок там — старлей) или потом старшим опером (до капитана дорасти). И все, приплыли. Дальше вышка нужна. Даже чтобы опером попасть в областное или краевое УВД (в аппарат) или стать начальником отделения и выше — образование нужно будет совсем не среднее. Хотя потом вышку заочно можно будет добить в какой-нибудь Омской школе милиции, например. Или в Красноярске. Там с марта этого года открылось отделение заочного обучения Омской высшей школы милиции МВД СССР. Это потом в Красноярске своя школа будет, а пока что Омский филиал получается.
В общем, планов на жизнь тьма. Все только начинается…
Друзья! У книги 1900 лайков!) Киньте сердечек, чтоб до двух тыс добить! СПАСИБО!))))
----------
Глава 21
Глава 21
Я вернулся в Москву. Горохов встретил меня загоревшим и с белесыми бровями, явно где-то на море здоровье поправлял. Раньше он частенько все про Ялту твердил, куда его жена с инженером сбежала. Возможно, летал туда закрыть гештальт. Главное — вслух при нём такими словами не «ругаться».
Света и Катков в цвете не изменились. Рабочий загар по локоть — судя по всему, из Москвы не вылезали.
— Ну, что товарищи⁈ — Горохов обвел нас довольным взглядом, несказанно радуясь, что группа снова в сборе. — Готовы к труду и обороне, так сказать?
— Всегда готовы, — закивали мы.
Любил Никита Егорович называть нас «товарищи». По старо-советски. Сейчас это слово уже не так широко употребляли, все больше на официальных собраниях да в очереди, чтобы спросить, кто крайний. Было еще в обиходе «гражданин», но это слово официальное, а для многих — и, скорее, негативное, которого побаиваться стоит — ведь так обращались милиционеры к нарушителям. А слово «товарищи» мне всегда было роднее и ближе. Даже в мое время я иногда использовал его, добавляя: «офицеры». Хотя в моем окружении все больше слышалось «коллеги», а «господа» в России особо не прижилось. Потому что звучало оно (например, в очереди в поликлинике или в железнодорожную кассу) как-то с подковыркой. Господа в потертых китайских пуховиках, стоптанных уггах и с пакетами в руках больше напоминали все-таки «товарищей».
— Значит, так, — продолжал Горохов. — Во-первых, я вас поздравляю с окончанием Олимпиады. Из шестисот медалей у нас почти двести, а восемьдесят из них — золотые. К нам даже близко никто не подобрался, только ГДР пыталась тягаться, но Советский Союз не оставил никаких шансов. И это закономерно. И это радует. Ведь это первая олимпиада в социалистической стране. Уверен, что не последняя. Хотя, как вы знаете, США не приняли участие.






