Первая шеренга корсаров, казалось, сошла с ума. Пираты бросали оружие на землю, рвали на себе одежду и набрасывались на товарищей, пытаясь разорвать их когтями и зубами, словно дикие кошки.
Раздался демонический хохот, и перед строем хертианцев появился Бариатин. Говорил он, но голос его словно доносился с небес:
— Итак, грязные захватчики, против моей магии вы бессильны. Пусть ваши колдуны попытаются спасти этих людей, которые рвут зубами своих товарищей, а потом извиваются на земле, словно их кишки превратились в змей, разрывающих их изнутри.
И действительно, многие пираты попадали на землю, пытаясь разодрать собственные животы, и умерли в муках.
Снова раздался хохот.
— Хорошо, — тихо произнес Лабала и вышел вперед. — Боги и дух Дафлемера, не оставьте меня.
Он снял цепочку с шеи, на которой, как заметил Гарет, висел акулий зуб.
Лабала выкрикнул какие-то слова, Гарет не понял их значения, почувствовал только, что от них заболели уши.
Настала очередь хертианцев забиться в муках, когда кто-то невидимый атаковал их, заливая землю кровью. Один солдат бросился к корсарам, но не успел сделать и нескольких шагов, как что-то схватило его, как белая акула хватает добычу, и разорвало пополам.
Потом акулы, если Лабала вызвал акул, исчезли так же внезапно, как и появились, оставив на песке дюжину растерзанных тел.
— А у тебя есть сила, толстяк, — сказал Бариатин. — Но я разрушил твои чары. Сейчас ты увидишь мое создание, которое питается лишь кровью чародеев. Ваша смерть неминуема, мой демон не исчезнет, пока не насытится кровью.
Бариатин замахал руками, и Гарет ощутил запах бойни и тлена, запах горящих тел.
Колдун начал причитать, вернее заворчал что-то хрипло, вызывая своего демона.
Воздух закружился между двумя словно застывшими в параличе армиями.
Появилось нечто похожее на облако, но более плотное, цвета экскрементов, гнили и тухлятины. Это нечто завизжало, радуясь своему рождению.
За спиной Гарета раздался выстрел.
Причитания Бариатина резко смолкли, хотя рот оставался открытым. Из него ручьем хлынула кровь. Колдун сделал два шага вперед, поднял руки к горлу, но кровь потекла еще сильнее.
Он пошатнулся и упал.
Ужасное видение между армиями исчезло.
Косира вышла вперед, сжимая обеими руками пистолет.
— Иногда, — сказала она дрожащим голосом, — свинец оказывается сильнее магии.
В рядах хертианцев воцарился хаос. Солдаты в панике разбегались, натыкаясь на своих товарищей, сбивая их с ног.
Только линияты остались на месте.
— Просыпайтесь, жалкие ублюдки, — закричал Исет. — Огонь по работорговцам!
Сначала раздались одиночные выстрелы, потом последовал залп, и линияты в беспорядке отступили.






