ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он ворвался в ее тихую, уютную жизнь подобно грозе, бушующей за стенами ее дома. Фотожурналист Ривз Грант впервые в жизни захвачен страстью, не подвластной никакому самоконтролю. Но каково же ему было... Цена любви Сандра Браун 1 Допив шампанское, мужчина опустил тонкий хрустальный бокал на серебряный поднос, который услужливо подставил ему проносившийся мимо официант. Притормозив на бегу, облаченный во фрак лакей подождал, пока господин возьмет еще один бокал с пенящимся напитком, и тут же растворился в гудящей толпе. Пригубив шампанского, Ривз Грант удивился самому себе. Ему вовсе не хотелось пить. Да и какой прок в этой кислятине? Все вокруг вдруг стало невыносимо серым и скучным. Даже это дорогое вино приобрело во рту какой-то металлический привкус. Рассеянный взгляд зеленых глаз лениво заскользил по блестящему собранию важных персон и знаменитостей. Со стороны могло показаться, что истомленный скукой джентльмен лишь по большому великодушию мирится с существованием этой праздной толпы. Заметно состарившаяся, но все еще не утратившая красоты французская кинозвезда висла на руке своего нового мужа — нефтяного магната из Оклахомы. По ее бульдожьей хватке было видно, что с этой добычей она не расстанется до конца жизни. Западногерманский горнолыжник, прославившийся тем, что завоевал на последней зимней Олимпиаде золотую медаль, из кожи вон лез, увиваясь вокруг меланхоличной принцессы из какого-то средиземноморского княжества, но та в упор не замечала стараний чемпиона. Нью-йоркский модельер вместе со своим неразлучным «компаньоном и протеже» — оба в смокингах цвета утренней зари — развлекали группу слушателей байками, в которых желчи было гораздо больше, чем юмора. Представьте себе: приходит бывшая супермодель, совсем еще недавно красовавшаяся на обложках журналов, и заказывает себе наряд, скрывающий недостатки фигуры. Пополнела, видите ли, бедняжка. На двадцать килог

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Через некоторое время, когда последний поворот остался позади, Джордан с облегчением заметила свой магазинчик. Подойдя к двери, Ривз скинул с плеча и поставил на землю сумку с фотопринадлежностями. Не успела Джордан опомниться, как он припечатал ее к каменной стене всем своим мускулистым телом. Она была буквально распята — фотограф схватил женщину за кисти и прижал их к стене по обе стороны от ее головы.

— Хочу на прощание сказать тебе одну вещь: Джордан, ты великая актриса. Жаль, твой талант остался невостребованным. — Его голос был обманчиво мягок, теплое дыхание овевало ее похолодевшую щеку. — Ах, эти серые глаза, исполненные почти девичьей невинности. Эти искренние заверения, что я у тебя — первый, с тех пор как… — Тут он осекся и сморщился словно от невыносимой горечи. Потом запрокинул голову и крепко зажмурился. — Боже, каким нужно быть дураком! — рассмеялся Ривз, но в его смехе явственно слышалась горечь.

Затем его глаза опять уперлись в Джордан тяжелым взглядом, а губы практически вплотную приблизились к ее лицу.

— Я попался на твой крючок. Да что там крючок — я проглотил всю снасть вместе с леской и поплавком. — Зеленые глаза беспокойно рыскали по лицу женщины, ощупывая каждую его черточку. — А ты по-прежнему разыгрываешь свой спектакль, стараясь еще больше одурачить меня, — сипло выдохнул он. — Что ж, у тебя неплохо получается. Очень трогательно. Особенно слезы в этих проклятых серых глазах. Выражение невинности на лице. Дрожащие губы.

Последние слова получились скомканными, потому что его рот больно впился в ее уста. Этот жгучий поцелуй был призван ранить и унизить Джордан. Однако, не встретив с ее стороны никакого сопротивления, Ривз перешел от тактики разбоя к ласке. Почти не колеблясь, женщина приоткрыла губы, чтобы впустить его неистовый язык. Ее запястья внезапно почувствовали свободу, но она воспользовалась этим лишь для того, чтобы обвить его шею руками. Ее ладони бережно гладили волосы сердитого мужчины. Джордан получала от этого истинное удовольствие.

Раздвинув полы ее накидки, он проворно запустил одну руку внутрь. Мужская ладонь ласкала талию Джордан, слегка массировала ее тело, трепетно повторяя его изгибы. Ривз прижался к ней еще сильнее, и Джордан повернулась под ним так, чтобы они как можно лучше чувствовали друг друга. От этого движения у него перехватило дыхание.

Туман плотского желания опьянил ее, когда она сквозь одежду ощутила неукротимый напор столба, являющегося средоточием мужской силы. Этот столб был тверже стали. Язык Ривза между тем уже вовсю действовал, прорвавшись подобно дикому кочевнику сквозь неплотный заслон ее губ. Пламенный поцелуй в считанные секунды растопил лед обиды, порожденной чудовищно несправедливыми обвинениями.