ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он – Сенор. Человек без прошлого. Невольная марионетка в чужой хитроумной игре. Человек, коего незнаемая сила заставляет творить многое и многое, человеку непосильное... Бросить ли вызов коварству... Отступник Андрей Георгиевич Дашков ПРОЛОГ Сенор так никогда и не узнал, что в глубине его существа родилось это. Никто не видел, как вызревают ужасные семена... Вначале это было головной болью. И что-то страдало и ворочалось в тесной коробке черепа; и ему удавалось ненадолго прогнать эту боль, но она никогда не проходила совсем, а оставляла мысли – как шум и видения, как утомительный сон. Проклятье его заключалось в том, что он был Незавершенным; он не помнил своего прошлого и ничего не знал о своем будущем. Лишь на секунду его ум становился безмолвным и ясным, но потом не было покоя: слова с утраченным смыслом как злобные псы бесновались на окраинах сознания, из могил памяти восставали демоны – и шли по кругу часы, дни, недели и годы... Это росло незаметно и неумолимо и привыкало жить в стенах своей тюрьмы. А потом оно разрушило Сенора и начало действовать... Оно стремилось достичь Слияния и Завершения. Но этому освобождению предшествовали долгие и странные приключения. Ошеломленный Сенор вошел в дом, заперся и при тусклом свете свисавшей с потолка светящейся змеи изучил нацарапанное на пергаменте послание. Он запомнил его наизусть – слово в слово, и это не было тратой времени – он знал, что очень скоро все написанное исчезнет с пергамента бесследно. * * * Присутствие в Башне избавляло его на время от преследований со стороны барона Тантора Тенга. Барон с редким упорством пытался убить Сенора в течение нескольких последних дней, но причина внезапной вражды оставалась пока тайной за семью печатями. С большим трудом при помощи своего дара ему удалось уничтожить наемного убийцу Тантора, избежать смерти от яда, который ему подлили в вино в родовом доме герцога Криала, покров

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отступник

Андрей Георгиевич Дашков

ПРОЛОГ

Сенор так никогда и не узнал, что в глубине его существа родилось это. Никто не видел, как вызревают ужасные семена... Вначале это было головной болью. И что-то страдало и ворочалось в тесной коробке черепа; и ему удавалось ненадолго прогнать эту боль, но она никогда не проходила совсем, а оставляла мысли – как шум и видения, как утомительный сон.

Проклятье его заключалось в том, что он был Незавершенным; он не помнил своего прошлого и ничего не знал о своем будущем.

Лишь на секунду его ум становился безмолвным и ясным, но потом не было покоя: слова с утраченным смыслом как злобные псы бесновались на окраинах сознания, из могил памяти восставали демоны – и шли по кругу часы, дни, недели и годы... Это росло незаметно и неумолимо и привыкало жить в стенах своей тюрьмы. А потом оно разрушило Сенора и начало действовать...

Оно стремилось достичь Слияния и Завершения.

Но этому освобождению предшествовали долгие и странные приключения.

Ошеломленный Сенор вошел в дом, заперся и при тусклом свете свисавшей с потолка светящейся змеи изучил нацарапанное на пергаменте послание.

Он запомнил его наизусть – слово в слово, и это не было тратой времени – он знал, что очень скоро все написанное исчезнет с пергамента бесследно.

* * *

Присутствие в Башне избавляло его на время от преследований со стороны барона Тантора Тенга. Барон с редким упорством пытался убить Сенора в течение нескольких последних дней, но причина внезапной вражды оставалась пока тайной за семью печатями.

С большим трудом при помощи своего дара ему удалось уничтожить наемного убийцу Тантора, избежать смерти от яда, который ему подлили в вино в родовом доме герцога Криала, покровителя барона Тенга, и не погибнуть под колесами кареты на узкой улице вчерашней ночью. Тогда он успел заметить только герб с двухголовой гиеной, выдавленный на дверце растаявшего в темноте экипажа. Но если Тантор собирался довести дело до конца, Сенор мог считать себя находящимся в смертельной опасности. Мысль об этом тоже не улучшала настроения.

* * *

Ранним утром, когда еще не взошел из-за Завесы Мрака Большой Огненный Круг, Сенор стоял перед огромным темным монолитом Башни, привычные грибовидные очертания которого – видимые днем из любой точки города – терялись в предрассветных сумерках. Кое-где на гладком стволе он различал высокие узкие прорези, похожие на бойницы, и длинные, вытянутые параллельно горизонту, щели. Еще выше тело гриба было изуродовано наростами и торчащими в стороны гигантскими шестами. С них клочьями свисал голубоватый туман.

Сенор нашел вход, упоминавшийся в пергаменте. У двери из тускло светящегося металла его ждала слепая собака.