ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Организация Иных набирает силу. Под ее власть попадает мир за миром. Разрушителю миров Блейзу Аренсу для окончательного воплощения в жизнь его человеконенавистнических планов остается одолеть лишь сам... Иные Гордон Диксон Глава 1 Уже почти рассвело, когда Генри Маклейн закончил чистить и собирать свой энергопистолет, более двадцати лет пролежавший в земле. Вставив разрядную катушку в рукоятку, он вдруг заметил, что костяшки его правой руки, сжимающей пистолет, побелели от напряжения, а ладонь левой плотно прижата к нижнему торцу рукоятки – совсем как если бы он, Солдат Господа, в самый разгар боя в очередной раз менял разряженную катушку на свежую. На мгновение он снова будто перенесся туда и услышал звуки выстрелов, вдохнул запах дыма от горящих зданий. Генри вспомнил, как умирал у него на руках молоденький боец милиции, которому очередь из игольного ружья прошила горло. Парнишка отчаянными жестами просил сложить ему ладони как при молитве и вслух помолиться за него перед смертью. И сейчас Генри точно так же сложил перед собой ладони, склонил голову и зашептал: – Господи, ведь он мне как сын родной. Как Джошуа… и как Уилл, который теперь в руцех твоих, о Господи. Я люблю его так же, как и их. Господи всеведущий, я просто не в силах оставить его. Он еще мгновение посидел в той же позе, затем разжал ладони и поднял голову. Теперь его больше не тревожили ни воспоминания, ни давным-давно покоящиеся где-то на дне его души чувства, ненадолго пробудившиеся к жизни. Все прошло. Он положил пистолет и наплечную кобуру в чемодан со своими немногочисленными пожитками, которые решил взять с собой. Перед тем как окончательно уйти, Генри на несколько минут задержался в полуосвещенной первыми лучами солнца кухне: надо оставить прощальную записку Джошуа и его семье. На крохотном клочке бумаги он написал, что должен уехать и, разумеется, все его имущество отходит им, и что он по-преж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Либо он выиграет эту партию, и произойдет это именно сегодня, либо потеряет все, чего успел добиться за многие годы. Он должен эмоционально так воздействовать на каждую из групп, чтобы ее члены постаралась проявить свою силу раньше времени. В этом случае он, не теряя контроля над происходящим, подтолкнет ситуацию к нужной ему развязке…

Тонко запищал браслет.

– Пора, – раздался негромкий женский голос. Блейз специально ограничил звук крошечным динамиком браслета, а не перевел его на динамики в стенах и на потолке. Он не хотел, чтобы из задумчивости его вдруг вырвали громкие звуки.

– Хорошо, – ответил он, отключая браслет, который начал было повторять приглашение.

Блейз был полностью одет, оставался только плащ. Он набросил его на плечи и повернулся к одной из стен спальни.

– Зеркало! – приказал он.

В тот же миг окрашенная в светло-голубой цвет стена стала зеркальной, и он увидел свое отражение в полный рост.

Блейз на секунду затаил дыхание и замер, глядя на себя в зеркале.

– Жаль, что… – неожиданно для себя вслух произнес он, потом спохватился и уже про себя добавил:

«…меня сейчас не видит Генри».

Перемена, которую, как ему казалось, он впервые заметил, оправившись после болезни, под влиянием приблизившегося вплотную решающего момента как будто стала еще ярче.

Казалось, все черты лица теперь служат лишь одному – создать образ человека, одержимого великой целью. Глаза под густыми темными бровями стали еще темнее из-за застывшего в них выражения сверхъестественной целеустремленности.

Высокие скулы, сильный рот, высокий лоб создавали впечатление, что их обладатель наделен мудростью и пониманием, недоступными обыкновенному человеку. Одним словом, лицо, отражающееся в зеркале, вполне могло быть одним из бесчисленных ликов дьявола, в лапах которого, по мнению Генри, находился Блейз. Возможно, и не самый широко известный лик дьявола, а скорее скорбное лицо могущественного повелителя тьмы.

Это лицо потрясло даже его самого, причем так сильно, что на какое-то мгновение его даже охватило желание отвернуться, – и все же это был именно тот облик, к которому он стремился все эти годы.

– Ты еще у себя, – внезапно раздался за его спиной голос Тони. Блейз с трудом заставил лицо принять бесстрастное выражение. Она еще продолжала говорить:

– …тебе пора. Представители ПСД и Гильдий уже ждут, а людей из «Башмака» я пока посадила в соседней комнате. Ты же наверняка захочешь поговорить с ними до начала встречи?

Блейз, услышав первые же звуки ее голоса, от неожиданности чуть не бросился на нее как на врага, но вовремя сдержался и медленно повернулся к ней. И все же он боялся, что сейчас на ее лице заметит то же потрясение, которое испытал сам, увидев собственное отражение в зеркале.