ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодая англичанка Кэтрин, стремясь окончательно излечиться от сердечной раны, предпринимает путешествие к подруге в Португалию. Однако и здесь ее подстерегает опасность неудачного романа… Все, казало... Кровные узы Кэтрин Джордж Глава 1 Напряжение, охватившее ее при взлете, прошло, и Кэтрин облегченно вздохнула, наблюдая, как самолет оставляет за собой туманную Южную Англию, беря курс на Порту. Рядом с ней сидела пара молодоженов, слишком поглощенных собой, чтобы заметить, с каким нетерпением она откинула кресло и расслабилась. Ну вот, теперь можно отдаться мыслям о предстоящем отдыхе. Правда, некоторым из друзей ее жизнь и так казалась одним сплошным отдыхом. Во время редких встреч она шутливо поддакивала им, но про себя твердо держалась своего решения увидеть мир прежде, чем осесть на одном месте. Продавать модную одежду на шикарном лайнере, совершающем длительные круизы, было на самом деле не так уж легко. С другой стороны, если бы она не оказалась на борту этого лайнера, когда одним погожим июньским днем он зашел в порт Лиссабона, она бы не встретилась снова с Аной. Из тех портов, куда заходил их корабль, Лиссабон нравился ей больше всего, и она сошла на берег как можно раньше, взяла вместе с двумя знакомыми девушками такси и отправилась в центр. Пока ее спутницы попивали кофе в одном из открытых кафе, Кэтрин отошла, чтобы полюбоваться заманчивыми сумочками в одной из витрин на Руа-Аугуста, и едва поверила своим ушам, услышав, как хрипловатый голос окликнул ее по имени. Восторженно вскрикнув, она обернулась и очутилась лицом к лицу с миниатюрной, живой как ртуть Аной Марией Барросо. Чернильно-черные глаза Аны с прежним задором сверкали из-под густой каштановой челки, зато элегантная одежда разительно отличалась от тех джинсов и свитеров, что она носила весь год в Патни, когда жила с Кэтрин в одной комнате. Ана крепко обняла подругу, расцеловала в обе щеки, потом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Соtо vai?

[19]

— выпалила она. — Карлос шлет привет моей английской подруге, а Фернанда спрашивает, можно ли накрывать на стол.

— Пора, пора, — вскочил Эдуардо. — Уже поздно. Кэтрин наверняка голодна после такого тяжелого дня.

Однако Кэтрин, с нетерпением ожидавшая ужина, поймала себя на том, что за разговором с Эдуардо, слушая его рассказ, почти забыла, что голодна. За стол они, правда, сели не сразу — Фернанда что-то долго с пылом говорила, расхаживала взад и вперед, сервируя небольшой столик у окна тяжелыми серебряными приборами и чудесным старинным фарфором. К тому времени, когда появилось первое блюдо, легкая меланхолия Кэтрин полностью исчезла, потесненная ароматом дымящегося caldo verde

[20]

.

— Ты уже пробовала раньше такой суп? — спросил Эдуардо, придвигая ей стул.

— Нет, никогда. Во время коротких заходов в Лиссабон я лакомилась только рыбой, если у меня вообще было время поесть. — Кэтрин улыбнулась ему, довольная тем, что после своей грустной истории он заговорил на более прозаическую тему.

— Сегодня Фернанда не стала класть в суп chourico — копченые колбаски с чесноком, — сообщила Ана. — Из уважения к нашей английской гостье в супе лишь капуста и картошка, — приправленные таинственными колдовскими заклинаниями.

— Тебе нравится, Кэтрин? — спросил Эдуардо.

Она заверила его, что очень нравится, так же как и цыпленок, приправленный розмарином и лимоном.

— Фернанда и вправду колдунья, — сказала она, управляясь с цыпленком. — Такое блюдо без заклинаний уж точно не приготовить.

— А для полного ощущения чуда, — невозмутимо добавил Эдуардо, наполняя ее бокал, — поскольку это твой первый визит в Миньо, сегодня, конечно же, полагается vinho verde.

— С ваших виноградников? — Кэтрин очень понравился легкий, свежий вкус вина. Ана кивнула.

— Урожай лучшего года прошлого десятилетия, nao е, Эдуардо?

— Я хранил его для особого случая, — сказал он, приподнимая бокал в честь Кэтрин.

— Я польщена! — Она улыбнулась, слегка зардевшись. — У вас так много земли. Вы продаете вино?

Она была удивлена, услышав, что ему принадлежат всего несколько гектаров вокруг Квинта. Остальная земля поделена между rendeiros — семьями, которые платят ренту за то, чтобы обрабатывать эти участки и выращивать виноград, кукурузу и овощи.

— Во времена моего отца все было по-другому, — продолжал Эдуардо. — Квинта-дас-Лагоас полностью, как и Каса-дас-Камелиас в Понталегре, были в его владении. Когда отец умер, Педро по закону мог унаследовать только третью часть имущества. — На его лицо легла тень. — Теперь я наследник этой трети, а остальное поделено между сестрами.

Глаза Аны затуманились.

— Эдуардо никогда не ожидал, что унаследует титул и имущество после брата.