Значит, придется полностью зависеть от Фернанды и Эльсы.
— А что, тебе в самом деле не удается подобрать Ане замену? — поинтересовалась Кэтрин.
— Никого! — хихикала Ана. — Моему братцу невероятно трудно угодить. Вот почему он все еще solteiro
[33]
. Никак не найдется невеста, которая бы ему полностью подходила.
Эдуардо осадил сестру взглядом.
— У меня все не было времени искать себе жену, — коротко бросил он. — Однако я уверен, что нашей гостье это совсем не интересно.
Неверно, подумала Кэтрин, заходя вслед за Аной в дом. Эта тема интересует ее куда больше, чем следовало бы.
Скромный обед был подан в официальной столовой, где гранитный пол сверкал серыми и розовыми бликами.
— Твой свадебный прием будет проходить здесь? — спросила Кэтрин.
— Нет-нет! — засмеялась Ана. — Слишком много гостей. Мы устраиваем так называемый шведский стол. Прием пройдет во дворе, к вечеру там зажгут огни и начнутся танцы.
— Свадьба Аны, — заметил Эдуардо, — будет совсем в другом роде, чем те, что ты до сих пор видела, Кэтрин.
— Вы меня совсем заинтриговали. А между прочим, Эдуардо, — с любопытством спросила Кэтрин, — ты тоже будешь в костюме крестьян Миньо?
Он скорчил гримасу.
— Nao, senhora!
[34]
Я не согласен разыгрывать из себя шута в дурацких одеждах — даже ради моей дорогой сестрички. Карлос, конечно, — скептически добавил он, — сдался на ее уговоры, бедняга совсем одурманен любовью. Я его предупредил, что, когда они поженятся, пусть будет с нею построже, иначе его жизнь превратится в ад!
Пока Эдуардо после обеда беседовал с Эльсой, Ана повела Кэтрин в сад. Вдоль всего дома тянулась тенистая аллея, выходящая прямо во внутренний дворик, где уже готовились к свадебному приему. Колонны с железными кольцами, к которым в старину привязывали лошадей, были увиты какими-то побегами с алыми цветами, пламенеющими под ярким солнцем на фоне белоснежных стен. Кэтрин держала наготове фотоаппарат, но не успела сделать и пары снимков, как Ана потянула ее на гранитную лестницу, ведущую из дальнего угла дворика вниз, в сад, расположенный на уровне нижнего этажа здания.
Кэтрин не сдержала восторженного возгласа при виде четырех высоких, близко посаженных камелий, отбрасывающих густую тень на маленький бассейн с шезлонгами вокруг. В ярко-зеленой прозрачной воде бассейна отражались два забавных каменных монаха на столбах — они возвышались среди папоротника и круглых голубых головок высоких африканских лилий. Чуть подальше, недалеко от увитой плющом стены сада, каштаны время от времени роняли свои мохнатые плоды в траву, и глухой стук отчетливо раздавался в воскресной тишине. Кэтрин металась вокруг, снимая сад во всевозможных ракурсах, пока Ана не остановила ее.
— Пора прервать Эдуардо, надо ехать, — сказала она, взглянув на часы.






