ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... М.Горький Мещане ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА Бессеменов, Василий Васильев, 58 лет, зажиточный мещанин, старшина малярного цеха. Акулина Ивановна, жена его, 52 года. Петр, бывший студент, 26 лет; Татьяна, школьная учительница, 28 лет, его дети. Нил, воспитанник Бессеменова, машинист, 27 лет. Перчихин, дальний родственник Бессеменова, торговец певчими птицами, 50 лет. Поля, его дочь, швейка, работает в семьях поденно, 21 год. Елена Николаевна Кривцова, вдова смотрителя тюрьмы, живет на квартире у Бессеменовых, 24 года. Тетерев, певчий; Шишкин, студент, нахлебники у Бессеменовых. Цветаева, учительница, подруга Татьяны, 25 лет. Степанида, кухарка. Баба с улицы. Мальчишка, маляр. Доктор. Место действия - маленький провинциальный город. ОБСТАНОВКА Комната в зажиточном мещанском доме. Ее правый угол отрезан двумя глухими переборками; они выступают в комнату прямым углом и, стесняя задний план ее, образуют на переднем еще маленькую комнату, отделенную от большой деревянной аркой. В арке протянута проволока, на ней висит пестрый занавес. В задней стене большой комнаты - дверь в сени и другую половину дома, где помещается кухня и комнаты нахлебников. Слева от двери - огромный, тяжелый шкаф для посуды, в углу сундук, справа - старинные часы в футляре. Большой, как луна, маятник медленно качается за стеклом, и, когда в комнате тихо, слышится его бездушное - да, так! да, так! В левой стене - две двери: одна в комнату стариков, другая - к Петру. Между дверями печь, облицованная белыми изразцами. У печи - старый диван, обитый клеенкой, пред ним большой стол, на котором обедают, пьют чай. Дешевые венские стулья с тошнотворной правильностью стоят у стен. Слева же у самого края сцены стеклянная г

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Доченька! Неудачливая ты моя! Замучили! Всех нас замучили... за что?

Бессемёнов. А кто? Все Нил, разбойник... подлец! И сына он смутил... И дочь страдает! (Увидав Тетерева, стоящего у шкафа.) Ты, оборванец, что? Ты что тут? Вон с квартиры!

Перчихин. Василь Васильич! Его за что? Ах ты... с ума свихнулся, старик!

Тетерев (спокойно). Не кричи, старик! Всего, что на тебя идет, ты не разгонишь... И - не беспокойся... Твой сын воротится...

Бессемёнов (быстро). Ты... ты почем знаешь?

Тетерев. Он не уйдет далеко от тебя. Он это временно наверх поднялся, его туда втащили... Но он сойдет... умрешь ты, - он немножко перестроит этот хлев, переставит в нем мебель и будет жить, - как ты, - спокойно, разумно и уютно...

Перчихин (Бессеменову). Видишь? Чудак! Горячка! Человек тебе добра желает... ласковые слова говорит для твоего покою... а ты - орешь! Терентий - он, брат, мудрый человек...

Тетерев. Он переставит мебель и - будет жить в сознании, что долг свой перед жизнью и людьми отлично выполнил. Он ведь такой же, как и ты...

Перчихин. Две капли воды!

Тетерев. Совсем такой... труслив и глуп...

Перчихин (Тетереву). Постой! Ты что?

Бессемёнов. Ты... говори, а не ругайся... как смеешь!

Тетерев. И жаден будет в свое время и так же, как ты, - самоуверен и жесток. (Перчихин удивленно глядит в лицо Тетерева, не понимая - утешает он старика или ругает его. На лице Бессемёнова - тоже недоумение, но речь

Тетерева интересна ему.) И даже несчастен будет он вот так же, как ты теперь... Жизнь идет, старик, кто не поспевает за ней, тот остается одиноким...

Перчихин. Чу? Слышишь? Стало быть, - все идет, как надо... а ты сердишься!

Бессемёнов. Постой, отвяжись!

Тетерев. И так же вот несчастного и жалкого сына твоего не пощадят, скажут ему правду в лицо, как я тебе говорю: "Чего ты ради жил? Что сделал доброго?" И сын твой, как ты теперь, не ответит...

Бессемёнов. Да... ты вот говоришь тут... ты всегда складно говоришь! А что в душе? Нет, я тебе не верю! И - все-таки - съезжай с квартиры! Будет... терпел я вас - довольно! И ты тоже... многое тут внушил... вредное мне...

Тетерев. Эх, кабы я! Но нет, не я... (Уходит.)

Бессемёнов (встряхивая головой). Ну... будем терпеть... ладно! Будем ждать... Всю жизнь терпели... еще будем терпеть! (Идет в свою комнату.)

Акулина Ивановна (бежит вслед за мужем). Отец! Милый ты мой! Несчастные мы! За что нас детки-то? За что казнили? (Уходит в свою комнату. Перчихин стоит посредине и недоумевающе моргает. Татьяна дикими глазами озирается вокруг, сидя на стуле у пианино. Из комнаты стариков доносится глухой говор.)

Перчихин. Таня! Тань... (Татьяна не смотрит на него, не отвечает.) Таня! Из-за чего они - которые разбежались, которые - плачут? А? (Смотрит на Татьяну, вздыхает.) Чудаки! (Смотрит на дверь в комнату стариков, идет по направлению в сени, качая головой.) Пойду и я к Терентью...