Бандитов было двое на одного, пистолет у него был не заряжен, а до шпаги ему было не дотянуться. Но он не сдавался.
Перекатившись на спину, он как-то ухитрился схватить шпагу и, собрав все силы, бросился на приближающихся бандитов.
Мощным ударом он чуть не обезглавил одного. Упав на спину, бандит схватился за горло и испустил предсмертный хрип.
Тут Гарет увидел, что к нему бежит один из детей, очевидно надеясь найти у него защиту в этом обезумевшем мире.
— Билли! — послышался крик матери мальчика. — Билли, вернись!
Последний оставшийся в живых бандит мгновенно повернулся на крик. Он увидел приближающегося ребенка, увидел бездыханные трупы своих дружков и, решив взять хоть какой-то реванш за неудачную ночь, прицелился в спину мальчика.
— Биллии-и-и!
Собрав последние силы, Гарет бросился к ребенку, сбил его на землю и прикрыл своим телом. Выстрел прозвучал совсем рядом, оглушив его. Ему как огнем обожгло ребра, но он успел перекатиться несколько раз по траве и колючкам, не выпуская ребенка из рук. Кровь хлынула из раны на боку; он лежал на спине, и капли дождя падали на его разгоряченное лицо.
Прежде чем сознание покинуло Гарета, ему вспомнились собственные слова, сказанные совсем недавно: «Хорошая работа, приятель! Хорошая работа…»
Мальчик вскочил и, всхлипывая, помчался назад к матери.
А лорд Гарет де Монфор провалился во тьму.
— Ты не можешь умереть, — приговаривала она. — После всего, что ты сделал для нас, я не допущу этого! — Обратившись к сгрудившимся вокруг людям, она попросила принести огня.
Кто-то притащил свечу и огниво. И вскоре слабое пламя осветило встревоженные лица. Когда она осторожно расстегивала последнюю пуговицу, голова раненого чуть двинулась на одеяле. Он застонал от боли, и ресницы его затрепетали.
— Ребенок… — невнятно произнес он.
— С ребенком все в порядке. Лежите спокойно. С вами тоже все будет в порядке, — сказала Джульет, украдкой наблюдая, как укладывают рядком и прикрывают одеялом трупы. «Господи, не дай бедному джентльмену присоединиться к ним», — подумала она.
Не обращая внимания на хнычущую дочь, на привязанного к ближайшему дереву бандита, изрыгавшего ругательства, на сгрудившихся вокруг пассажиров, которые дышали ей в затылок, Джульет сосредоточилась на своей работе.
— Мне нужен нож, — скомандовала она.
Кто-то услужливо протянул ей небольшой нож, и она на ощупь разрезала до пояса сорочку юноши, насквозь пропитавшуюся кровью. При слабом свете свечи было трудно разглядеть рану, из которой все еще шла кровь. Оторвав полоску ткани от своей нижней юбки, она попыталась сделать дренаж, чтобы остановить кровотечение.
— Его нельзя переносить. Боюсь, он может истечь кровью.






