ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чтобы разрешить давний спор за землю, герцог Норталертон предложил молодому герцогу Линчестеру свою старшую дочь в жены. Но сердце Каролины принадлежит другому! И тогда, чтобы спасти свою сестру от не... Очарованный Барбара Картленд Глава 1 1870 год Дверь библиотеки открылась, и леди Эльфа Алертон бесшумно проскользнула по ступеням на галерею. Библиотека в доме герцога Норталертона была выдающимся сооружением, вызывавшим возглас восхищения у каждого посетителя, поражая своими величественными размерами и галереей, украшенной медной решеткой сложнейшего узора. Перила лестницы, ведущей наверх, поражали своим изяществом и воздушностью. Нижняя часть ограды представляла собой плотный узор из цветов и листьев, и это частое металлическое кружево делало Эльфу практически невидимой из комнаты снизу. Она любила проводить здесь время в уединении. Вот и сегодня, тихо устроившись с книгой в руках, она читала, надеясь, что, если кто-то и зайдет в библиотеку, скорее всего не обнаружит ее. Раздались легкие шаги и шуршание шелка, из чего Эльфа заключила, что пришла мать. Девушка прекрасно знала, что если та ее увидит, то немедленно пошлет с каким-нибудь заданием в сад заниматься цветами. Герцогиня Норталертон была без ума от своего сада и не могла понять, почему ее дети считали скучным срезать головки увядших цветов, сажать приобретенные в разных концах страны новые редкие сорта или, того хуже, пропалывать клумбы. Она уже давно считала, что ее младшая дочь Эльфа слишком много времени тратит на чтение, отчего в голове у нее сплошной туман, и, как часто герцогиня говорила окружающим, живет «в плену собственного придуманного мира». Эльфа аккуратно перевернула страницу и вновь углубилась в чтение заинтересовавшей ее книги, когда стук двери и голос отца, раздавшийся снизу, заставили ее оторваться от этого занятия. — Ах вот ты где, Элизабет! А я повсюду тебя ищу. Я полагал, ты, как обычно, в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он вовремя понял, что это приведет к скандалу, который будут обсуждать во всех светских салонах и который может выставить в невыгодном свете не только его, но и Эльфу.

Теперь ему ничего не оставалось, как играть роль радушного хозяина. Когда они поднимались, чтобы переодеться к обеду, и Гарри прошептал ему свои извинения, герцог сказал:

— Это моя вина. Мне следовало это предвидеть.

— Я предупреждал тебя, что Изабель поведет себя именно так, — сказал Гарри.

— Я помню. К сожалению, ты оказался прав. Гарри собирался добавить что-то еще, но поднимавшаяся впереди них под руку с Китти Изабель обернулась и сказала:

— О чем вы там шепчетесь? Ты знаешь, дорогой Сильваниус, что я не позволяю тебе иметь секреты от меня.

Герцог ничего не ответил. Войдя в свою спальню, он хлопнул дверью.

Сильваниус знал, что комната, которую занимала Изабель, находится напротив его спальни.

Он хорошо понимал, зачем она приехала и чего добивается. И поэтому во время переодевания у него было отвратительное настроение.

Сильваниус так много собирался сказать Эльфе сегодня вечером, но теперь ему не удастся этого сделать.

Но теперь, пока нескончаемо тянулся этот обед, он размышлял о том, как закончится этот вечер и что ему предпринять, чтобы не позволить графине оскорблять его жену. Графиня это делала каждым взглядом, каждым словом, каждым нежным прикосновением к его руке и растущей фамильярностью, с которой она вела себя в отношении него.

Под конец обеда, когда женщины должны были по этикету покинуть комнату, оставив мужчин одних, Эльфа почувствовала на себе взгляд графини, и прежде, чем она успела встать, та вскочила и громко провозгласила, как будто хозяйкой дома была она:

— Полагаю, нам надо оставить джентльменов с их портвейном, но, Сильваниус, дорогой, не задерживайся слишком долго. Ты знаешь, я не люблю, когда ты надолго меня покидаешь.

Это было настолько вызывающе, что даже снисходительный ко всем Гарри изменился в лице. Эльфа молча встала у дверей, чтобы пропустить Изабель вперед.

Она прошествовала мимо нее в своем голубом шифоновом платье, вся сверкающая бриллиантами, в сопровождении Китти Фенвик.

Когда приятельницы шли по коридору под руку, а Эльфа сзади них, Изабель громко сказала:

— Надеюсь, ты знаешь, что я помогала Сильваниусу переделывать и оборудовать этот дом, развешивать его бесценные полотна.

— Я никогда не видела таких великолепных картин! — воскликнула Китти.

— Таких же великолепных, как и их хозяин! — улыбнулась Изабель.

Они прошествовали в салон, и графиня капризным голосом сказала:

— Я никому не могу позволить сидеть в моем любимом кресле, которое всегда ожидает меня. Садись рядом, Китти, и я поделюсь с тобой прекрасной идеей, которая пришла мне в голову.

— Что за идея? — спросила Китти Фенвик.