Человечество здорово обязано тебе, сынок. Ты великий человек. Но для периода созидания ты слишком велик. Твои дни кончились. Ты можешь только разрушать. Весь смысл твоего существования борьба и только борьба. Успех любой ценой. Одержимость! вот это что. Яростная одержимость. Ты одержим, Сэм. Одержим бешеной энергией, яростью, способной уничтожить все. Использовать тебя дальше было бы крайне опасно...
Одержимость яростью?.. Яростью? О да! Она кипела в Сэме. Горела жарким ослепительным пламенем. Накал его едва не освободил Сэма от невидимых пут. Вырваться! Во что бы то ни стало вырваться. Уничтожить их всех! Хейла! Харкера!.. Харкера?
Но... ведь он тоже Харкер.
Кроувелл монотонно бубнил:
- Ты очень опасен, сынок. Очень. Такие люди редки, но в нужный момент только в них спасение человечества. Но ваша одержимость годится только для времен уничтожения, коща надо смести что-то старое, чтобы освободить место новому. Ваша одержимость слепа. Она не позволяет заметить, что настало время созидания, и вы продолжаете бороться. Сокрушив врагов, вы всю ярость свою обращаете на друзей. Вы хотите всегда быть на гребне славы, но видите для этого лишь один способ беспощадную борьбу со всеми подряд. Ответь мне, сынок... Вот ты победил своего врага - Венеру. С кем бы ты стал бороться дальше?
- С людьми.
- Выходит, я прав, сынок? На Венеру надолго пришел мир. Руководят, естественно, бессмертные. Они хорошо правят и тебе там делать нечего...
Кроувелл вдруг засмеялся.
- Вспомнил твой блеф с бессмертием. В каком-то смысле ты оказался прав. Человечество умирало в Куполах. Теперь оно будет жить вечно. Или, во всяком случае, очень долго. Раса бессмертна. Перед ней вся Вселенная. И это сделал ты, сынок.
Старик помолчал, задумчиво разглядывая Сэма сквозь сизое облачко дыма.
- Я не люблю вмешиваться. Однажды мне даже пришлось убить. Это было плохо, хуже некуда. Но я все же убил, я прекрасно видел, что будет, если этот человек останется жив. Будущее это изменило, и я надолго перестал просчитывать его. Но вот мне опять приходится вмешиваться, ибо я вижу, что будущее с тобой совершенно неприемлемо. Мне снова придется ждать, пока оно выровняется, а ко мне вернется мой дар. Но я стал много старше и понял, что убивать вовсе не обязательно. Это очень удачно, что ты бессмертный. Ты можешь проспать очень-очень долго, и не умрешь. Да, сынок, этим ты сейчас и займешься - будешь спать, спать, спать... Извини, сынок, но я очень надеюсь, что .во сне ты и умрешь. Потому что разбужу я тебя только в том случае, если дела будут плохи, совсем плохи. Но мы с тобой проживем еще долго-долго, и за это время всякое может произойти.
Я вижу что-то впереди, но смутно-смутно. Это так далеко. Но варианты... их слишком много. Джунгли вернулись... Какие-то мутированные твари... Венера коварна.






