ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человек может не знать своего предназначения, но ему не уйти от судьбы. Четверо молодых людей: парень с городских окраин, наследник торговой империи, девушка-студентка и инвалид, прикованный к креслу,... Наследник Маргарита Епатко Глава 1 Грузовой голландский корабль «Гойя» был переполнен немецкими беженцами. Неприветливое Балтийское море, казалось, сжалилось над теми, кто бежал от наступавшей Красной Армии. Шторм прекратился. Из-за свинцовых туч показалось неяркое северное солнце. – Вряд ли нам удастся убежать далеко, – подумал штурмбанфюрер Ганс Хауптман, стоя на носу корабля. Он устал от безделья в каюте и хотел подышать свежим воздухом. Еще пару лет назад Ганс считал, что его жизнь складывается вполне удачно. Война позволила сделать к тридцати пяти годам военную карьеру. Да и несколько успешных коммерческих операций на оккупированных территориях серьезно улучшили его финансовое положение. И вот теперь он здесь, среди беженцев. Когда он упустил свой шанс? Пессимизм Ганса имел основания. Апрель сорок пятого уже все расставил по своим местам. И сейчас надеяться на победу мог только безумный фюрер. Мужчина задумчиво посмотрел на палубу, где сгрудились беженцы, которым не нашлось места в грузовых отсеках. Миловидная шатенка лет двадцати, кое-как умостившаяся на фанерном чемодане, уже не первый раз притягивала его внимание. Чудесная крепкая девушка. Настоящая дойче фройляйн, которой по силам родить пятерых детей. И почему он до сих пор не обзавелся семьей? Был слишком занят карьерой? Стремился с выгодой использовать открывшиеся возможности? Ганс мотнул головой. Какая только глупость не придет в голову, когда маешься от безделья на грузовом корабле, куда удалось чудом втиснуть семь тысяч беженцев. Он снова повернулся к морю. И почувствовал неприятный холодок в груди. Прямо по фарватеру блеснул перископ подводной лодки. Ганс всмотрелся в волны до рези в глазах. Так и есть

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И самое главное, где мотив? Какой смысл выдавать себя за фрицев, по которым трибунал плачет?

– Вы хорошо поработали. Быстро, – поджал губы вальяжный. – И когда анализы успели сделать?

– Так Окуленко лучший следователь, я ж говорил, Иннокентий Сергеевич, – осторожно вклинился в разговор Павел Игнатович.

– Результаты анализов где? – вальяжный встал.

Павел Игнатович бросил взгляд на следователя, тот протянул папку Иннокентию.

– Значит так, – вальяжный посмотрел в глаза следователю. – Я думаю, что наши местные коллеги поторопились, отдав вам этих людей. Эти парни психи, просто психи. Запомните это. Лучше вообще забудьте, что их видели. Рад был повстречаться, – он пожал руку подскочившему Павлу Игнатовичу и вышел из комнаты.

– Я так понимаю, дело у нас забирают? – хмуро уточнил следователь.

– Не дело, а трех мужиков, вообразивших себя фашистами времен второй мировой, – поправил его начальник.

– Павел Игнатович, но ведь факты говорят…

– Где твои факты, – покачал головой начальник – ушли вместе с фрицами. Ну, чего ты как маленький, Окуленко, столько лет работаешь. Зачем тебе эта мистика? Тебе что подозреваемых по делу об этом разбойном нападении мало? Продажные полицейские, бандиты. Раскрывай и на полку складывай. И поторопись, не порть статистику.

Лес на краю каменистой пустоши неторопливо шевелил сучьями, разгоняя тяжелый жаркий воздух. Деревья строго следили за тем, чтобы эти обжигающие массы не просачивались внутрь массива. Стражам, охранявшим вход в лес, приходилось несладко. От сухого жара их листья-кисточки обвисали от обезвоживания. Потому через определенные промежутки времени гиганты, тяжело переставляя корни, удалялись внутрь леса, освежиться озерной влагой. Тогда на их место заступали следующие древесные стражи.

Великан вышел из леса на пустошь, как только переход, поглотивший двух мужчин, пролился на землю дождем искр. Он тяжело вздохнул и уселся на опушке на радость деревьям, закрытым теперь могучей спиной от испепеляющего зноя.

– Алекс, ты зря беспокоишься. Теперь все будет хорошо, – выпорхнувшая из леса фея зависла у его лица, нежно обмахивая друга крылышками.

– Мне не нравится обманывать, – нахмурился Алекс.

– Ну да, великаны не врут. Не потому что не могут, а потому что не хотят. Но ты другой великан. Ты же знаешь, – нежные крылышки коснулись его щеки.

– Да, я умный великан, – усмехнулся Алекс, – а значит, умею врать. Меня поэтому выбрали? И не надо успокаивать тем, что они тоже врали. Главное – как я поступил.

– Ты поступил замечательно. Предсказатель сказал Главной фее, что теперь никто не погибнет. Даже солдаты, которые шли убивать. Главное – дождаться Наследника.

– Очень надеюсь, что дяде Ральфу удастся одолеть Фридриха, – перешел к другой теме Алекс.