ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Человек может не знать своего предназначения, но ему не уйти от судьбы. Четверо молодых людей: парень с городских окраин, наследник торговой империи, девушка-студентка и инвалид, прикованный к креслу,... Наследник Маргарита Епатко Глава 1 Грузовой голландский корабль «Гойя» был переполнен немецкими беженцами. Неприветливое Балтийское море, казалось, сжалилось над теми, кто бежал от наступавшей Красной Армии. Шторм прекратился. Из-за свинцовых туч показалось неяркое северное солнце. – Вряд ли нам удастся убежать далеко, – подумал штурмбанфюрер Ганс Хауптман, стоя на носу корабля. Он устал от безделья в каюте и хотел подышать свежим воздухом. Еще пару лет назад Ганс считал, что его жизнь складывается вполне удачно. Война позволила сделать к тридцати пяти годам военную карьеру. Да и несколько успешных коммерческих операций на оккупированных территориях серьезно улучшили его финансовое положение. И вот теперь он здесь, среди беженцев. Когда он упустил свой шанс? Пессимизм Ганса имел основания. Апрель сорок пятого уже все расставил по своим местам. И сейчас надеяться на победу мог только безумный фюрер. Мужчина задумчиво посмотрел на палубу, где сгрудились беженцы, которым не нашлось места в грузовых отсеках. Миловидная шатенка лет двадцати, кое-как умостившаяся на фанерном чемодане, уже не первый раз притягивала его внимание. Чудесная крепкая девушка. Настоящая дойче фройляйн, которой по силам родить пятерых детей. И почему он до сих пор не обзавелся семьей? Был слишком занят карьерой? Стремился с выгодой использовать открывшиеся возможности? Ганс мотнул головой. Какая только глупость не придет в голову, когда маешься от безделья на грузовом корабле, куда удалось чудом втиснуть семь тысяч беженцев. Он снова повернулся к морю. И почувствовал неприятный холодок в груди. Прямо по фарватеру блеснул перископ подводной лодки. Ганс всмотрелся в волны до рези в глазах. Так и есть

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ты же хочешь, чтобы мы ушли быстрее? – руки незнакомца расцепились, готовясь вскинуться в условном сигнале.

– Не надо. Один из них парень лет восемнадцати. Темноволосый и голубоглазый. Его зовут, кажется, Артур или Артем… Такое тяжелое имя.

– Арнольд, – кивнул «капюшон», – вижу, не врешь, мы его знаем. Кто еще? Сколько их?

– Еще двое, – прошептала цыганка. На лбу женщины выступили капли пота. Губы побледнели. Было видно, что предсказание дается ей с большим трудом. – Кажется, двое, – повторила она. – Два паренька. Нет. Парень и девушка. Милая такая, как мышка. Зовут Ксюша. И мальчик… Спортсмен… Саша…

– Приметы, – безжалостно процедил «капюшон», глядя на цыганку, закатывающую от напряжения глаза.

Через пятнадцать минут группа людей вышла из подъезда стандартной пятиэтажки и остановилась на тротуаре. Человек в куртке, не таясь, откинул капюшон и сдернул с головы парик с волосами соломенного цвета. Под ним оказались скрученные в узел волосы. Блондинка выдернула заколку. Шикарные локоны легли на спину.

– Где наша машина? – женщина капризно надула губки.

– К чему был весь этот маскарад, Тамара? – пожал плечами неотступно следовавший за ней верзила. – Она же ясновидящая. Думаешь, не поняла, кто ты?

– Мужу моему советы давать будешь, – огрызнулась блондинка. – Совсем обнаглел ты, Роман. Понимаешь, хоть: кто ты и кто я, – она фыркнула, но, встретившись с тяжелым взглядом мужчины, неожиданно перешла на дружелюбный тон. – Ну, не хотела я показывать ей лицо. Вдруг, сглазит напоследок.

– Что значит напоследок? – нахмурился Роман.

Он повернулся к подъезду, из которого только-только выходила задержавшаяся в квартире личная охрана хозяйки. Подкатило два джипа.

– Я теперь больше ничего не боюсь, – блондинка нагло улыбнулась, наблюдая за реакцией мужчины. – Слышал предсказание? Наше время пришло. Скоро. Очень скоро мы получим то, что заслужили.

– Дура, – не стесняясь охраны, буркнул верзила и, отталкивая мужчин, бросился к подъезду.

– Едем без него, – скомандовала хозяйка.

Захлопали дверцы машин. Охрана усаживалась в джипы, но тот, кого женщина назвала Романом, несся верх по узкой лестнице хрущевки. Он знал, что увидит и проклинал себя за то, что недооценил решительность блондинки. Облупленная дверь в квартиру была распахнута.

Мужчина, тяжело ступая, вошел в прихожую. Он заглянул в комнату рядом с кухней и, поморщившись, двинулся к залу. Словно уснув, цыганка прилегла на стол, накрытый бархатной скатертью.

– Да чтоб вас всех, – тяжело вздохнул Роман, подходя ближе.

Он понял, что женщина мертва. Но для очистки совести положил пальцы на шею, пытаясь нащупать пульс. Что-то зашевелилось под ногами. Из-под длинной бархатной скатерти вылезла смуглая босая девчонка лет десяти.