ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Пират Гарольд Роббинс Моим дочерям Карин и Адриане... Пусть их мир будет полон понимания, любви и покоя. Большой шатер, стоявший в центре оазиса под тремя большими пальмами, был залит светом электрических ламп, размещавшихся по углам основного помещения. Из-за одной из занавесок доносился ровный гул маленького керосинового генератора, который давал энергию. Из-за другой шел дразнящий запах мяса, жарящегося на углях переносной жаровни. В двадцатый раз за этот день доктор Самир Аль Фей, подняв полог шатра, вышел наружу, пристально вглядываясь в пелену бушевавшего самума. Песок резко бил его в глаза, и он не видел ни верхушек деревьев в пятнадцати футах от себя, ни края оазиса, за которым песок стоял стеной, готовой, казалось, достать до неба. Он опустил полог и протер глаза, возвращаясь в главное помещение. На ногах у него были мягкие туфли, и он двигался почти бесшумно, когда ступил на мягкий шерстяной ковер, покрывавший песчаный пол. Набила, его жена, посмотрела на него. — Все так же? — тихо спросила она. Он покачал головой. — Все так же. — Как ты думаешь, когда все это кончится? — спросила она. — Не знаю, — ответил он. — Во всяком случае, пока непохоже, что дело идет к концу. — Ты огорчен? — У нее был мягкий и добрый голос. Он пересек шатер, подойдя к ней и посмотрел на Набилу сверху вниз. — Нет. — Ты бы не пошел в этот хадж, если бы я не настаивала. — Я пошел не из-за этого. Причиной была наша любовь. — Но ты не верил, что путешествие в Мекку может что-то изменить, — сказала она. — Ты говорил мне, что пол ребенка определяется совсем другими условиями. — Я ведь врач, — сказал он. — Но я еще и мусульманин. — А если снова будет девочка? Он не ответил. — Тогда ты развед

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вы не должны в таком виде показываться перед слугами.

— Спасибо, хозяин, — выдавил Юсеф, судорожно ловя руку Бадра и снова припадая к ней. — Теперь, когда с моей души спал груз, луч надежды опять озарил мою жизнь.

Войдя в ванную, Юсеф закрыл за собой двери. Бадр смотрел ему вслед. Он не верил ни одному его слову. Он сам выдал себя. Никто, кроме Юсефа, не мог заполучить эту кассету. Если на том приеме не было Ясфира, он никак не мог добраться до нее. Бесшумно подойдя к дверям, он открыл их. Джаббир сидел на стуле в коридоре. Увидев Бадра, он встал, и Бадр подошел к нему.

— Да, хозяин?

— Этот кусок верблюжьего навоза опозорил нашу семью. — Голос Бадра был ровен и спокоен.

У Джаббира обтянулись щеки, и в глазах появился ледяной блеск. Он не проронил ни слова.

— Милей ниже по дороге есть поворот вокруг скалы, откуда идет обрыв примерно в двести метров. И просто ужасно, что его машина может пойти юзом на льдистой дороге.

Джаббир кивнул. В горле у него что-то заклокотало.

— Это будет настоящая трагедия, хозяин.

Бадр вернулся в библиотеку. Через минуту он услышал шум двигателя машины, выезжающей за ворота. Повернувшись, он успел увидеть сквозь щель портьеры «лендровер» Джаббира, исчезающий за поворотом. Вернувшись к столу, он устали опустился на место.

Юсеф вышел из ванной. К нему вернулся его прежний облик. Даже голос обрел нотки былой уверенности.

— Что мы с этим будем делать, шеф?

— Я должен хорошенько подумать, прежде чем принять какое-то решение. Сегодня вечером мы уж ничего не сделаем.

— Я тоже так думаю, — помедлив сказал Юсеф.

— Вам нужно как следует отдохнуть. Возвращайтесь в свой отель.

Юсеф посмотрел на плейер.

— Прикажете сохранить кассету для вас?

— Нет. Оставьте ее мне. — Он встал. — Я выпущу вас. Все слуги уже спят.

И лишь когда могучий «лендровер», слепя его фарами, вылетел из-за поворота, лишь когда удар в бок отбросил хрупкий арендованный «опель» на край обледеневшего обрыва и завопивший от ужаса Юсеф увидел мрачную усмешку Джаббира, вцепившегося в руль, лишь тогда он вспомнил то, что не имел права забывать. Мысль эта пришла к нему в тот самый момент, когда машина его прорвала проволочное ограждение на краю обрыва и рухнула вниз, переворачиваясь в воздухе. Он не услышал вырвавшегося у него дикого вопля, но мысль эта прожгла его.

Джаббир никогда не уходил спать, пока бодрствовал Бадр.

Глава 9

Бадр в одиночестве сидел за завтраком в своей спальне, проглядывая парижское издание «Геральд Трибюн». Потягивая кофе, он смотрел в сад, когда к нему вошел величественный английский дворецкий. Он откашлялся, и Бадр повернулся к нему.

В тоне его, как правило, самоуверенном, была на этот раз некоторая растерянность.

— Джентльмены из полиции хотели бы увидеть ваше сиятельство.

Бадр посмотрел на дворецкого.