ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... И. Р. Шафаревич Статьи ОГЛАВЛЕНИЕ ОБОСОБЛЕНИЕ ИЛИ СБЛИЖЕНИЕ? ЕСТЬ ЛИ У РОССИИ БУДУЩЕЕ? МЫ ВСЕ ОКАЗАЛИСЬ НА ПЕПЕЛИЩЕ... РУССКИЙ ВОПРОС ОБОСОБЛЕНИЕ ИЛИ СБЛИЖЕНИЕ? (Национальный вопрос в СССР) Изо всех жгучих проблем, скопившихся в нашей жизни, вопрос об отношениях между нациями, кажется, самый больной. Ни на какой другой почве не сталкиваешься с такими взрывами обиды, злобы и боли - ни в связи с материальным неравенством, ни с духовной несвободой, ни с притеснениями религии. Вот два примера. Не раз уже - и не одному мне - приходилось слышать в наших среднеазиатских городах выкрик: "Вот китайцы придут, они вам покажут!" Говорят это обычно не совсем культурные люди, которые не могут не знать, что для них будет означать приход китайцев, хотя бы по примеру киргизов, ещё счастливо отделавшихся - ограбленных и выгнанных из Китая. (О тибетцах, например, радио сообщало, что они подвергаются массовой кастрации.) Знают и тем не менее говорят. Видимо, накал чувств, подавляющих даже инстинкт самосохранения, здесь такого же уровня, как на Западной Украине в 1941 г., когда отряды ОУН нападали на отступавшие советские войска, а руководство ОУН заключило соглашение с немцами, хотя по примеру Польши не могло не предвидеть того, что через 1,5 месяца и произошло - ареста всего руководства и разгрома большей части отрядов. Такое же впечатление остается, если сравнить, как в "самиздате" трактуется национальный вопрос и другие, казалось бы, не менее острые проблемы, будь то положение заключенных в лагерях или заточение здоровых людей в психиатрические больницы. Уже многие обращали внимание на то, что в подавляющем числе произведений "самиздата" авторы добровольно подчиняются некоторым запрет

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это разрушающе действовало на психологию, на психологию их и других подростков, которые видели, что поступающих для экзаменов делят на группы. Когда они видели, например, что из одной аудитории выходят со сплошными двойками, а другая группа с четвёрками и пятерками.

Создавался класс таких экзаменаторов. Эти люди, конечно, были бы готовы и к другим действиям подобного рода. Я бы сказал, что речь здесь идёт о том, что возникла реальная проблема, которая и в Америке поставлена, проблема равномерного доступа к высшему образованию. Но решалась она в высшей степени патологическими, недопустимыми средствами. Хотя в то же время сами средства были сформированы совсем не в связи с этой проблемой: поступление по анкетам, по соцпроисхождению возникло не сейчас, а гораздо раньше и в гораздо более жёсткой ситуации. Сейчас это сказалось всего в нескольких престижных институтах, а тогда, например, детям священников было закрыто любое высшее образование.

И надо сказать, что в формировании этой системы евреи сами играли не последнюю роль. Так что ситуация возникла вроде "детскоарбатской". Был создан инструмент, который потом как-то выскользнул из рук и начал так же задевать и тех, кто участвовал в его создании. И с этого момента он был объявлен несправедливым (каким и является), как расстрелы и лагеря. Мне кажется, должно быть одинаковое отношение и к расстрелам и к этой борьбе с подростками.

Очень хорошо было бы назвать по именам этих личностей, проводивших экзамены по "особым спискам". Но тогда надо не побояться назвать и крупного учёного, будь он хоть лауреатом Нобелевской премии, у которого среди учеников почти без исключения были лишь лица одной с ним национальности. Ведь это не более чистоплотно, чем, скажем, принимать в аспирантуру только благосклонных к нему девушек.

- В откровениях эмигрантов третьей волны можно прочитать: "бытъ русским интеллигентом - значит быть евреем". Насколько соответствует это действительности, возможно ли такое замещение?

- Прежде всего мне кажется, что такое замещение в принципе невозможно. Если речь идет о русской интеллигенции, о русской культуре, то она может быть только русской, а не еврейской или узбекской. Другая интеллигенция может разрушать или что-то другое создавать, но занять место русской интеллигенции она в принципе не может.

Вот говорят, будто у Фета была еврейская кровь. Была она, не была, но он не замещал никого. Он в том созвездии русских поэтов, которые тогда писали.

Здесь возможны не замещения, а подтасовки. Примером такой подтасовки может служить отношение к Василию Гроссману. С одной оговоркой, что сам писатель к этой подтасовке не имеет никакого отношения, поскольку его нет в живых.