ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Бездна Роберт Силверберг Robert Silverberg. The Face of the Waters (1991). Пер. – С.Минкин. Смоленск, «Русич», 1997. ____________________ Земля же была безлюдна и пуста, тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. Бытие, 1:2 У океана нет сострадания, нет веры, нет закона, нет памяти. Его непостоянство человек может себе подчинить лишь непреклонной решимостью и неусыпным, твердым, ревностным бдением, в котором, наверное, всегда было больше ненависти, чем любви. Джозеф Конрад «Зеркало моря» Голубизна была вверху и – совершенно иная, но тоже голубизна – внизу, две огромные недоступные бездны. Казалось, корабль повис между обеими пропастями, не касаясь ни одной из них, неподвижный и пребывающий в абсолютном покое. Но на самом деле он находился на поверхности безбрежной глади, там, где и должен быть. Вот уже четыре дня, днем и ночью, судно упорно продвигалось вперед, уходя все дальше от Сорве в неизведанные просторы моря. Шел пятый день путешествия… Вальбен Лоулер вышел на палубу флагманского корабля. День еще только зарождался. Доктор с удовольствием потянулся и поглядел вокруг: из воды по обоим бортам высовывались сотни длинных серебристых морд. «Это что-то новенькое», – подумал Лоулер. Кроме странных тварей, на поверхности появилось и еще кое-что. Прежде всего изменилась погода. Ветер стих, море застыло неподвижно, стало не просто спокойно, но исполнилось каким-то особым молчанием, напряженным, предельно наэлектризованным и готовым взорваться в любое мгновение. Паруса поникли, лениво болтались канаты. Тонкая острая линия сероватой дымки разрезала небо, подобно пришельцу из какой-то другой части мира. Лоулер, высокий стройный мужчина средних лет с фигурой и изяществ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тот факт, что электростанция, по всей видимости, еще не работала, являлся почти непреодолимой помехой на пути реализации того плана, который пришел в голову Вальбену накануне ночью.

Что же теперь делать? Пойти и поговорить с ними? Выступить с короткой, но зажигательной речью, забросать джилли риторическими фразами о нравственности и благородстве, подкрепляемыми тем духовном импульсом, что порождал в нем идеи и фантазии типа пришедшей ночью? Но все это нужно успеть до рассвета…

– От имени-всего человечества на острове Сорве я, тот, кто вам известен как сын всеми любимого покойного доктора Бернета Лоулера, столь беззаветно служившего вам во время эпидемии гнойного заболевания плавников у ваших детей, хотел бы поздравить вас по случаю близкого завершения строительства вашей уникальной, способной оказать неоценимую помощь…

– И даже несмотря на то, что для осуществления этой величественной мечты, возможно, потребуется еще несколько дней, я пришел к вам сейчас от имени всего человеческого сообщества острова Сорве, чтобы выразить вам нашу искреннюю радость по поводу тех неограниченных возможностей для значительного улучшения качества жизни на этом клочке тверди, населением которого мы с вами являемся…

– В эту минуту сердечной радости в нашем сообществе по поводу того исторического достижения, которое вскоре…

«Нет, хватит! Довольно!» – оборвал сам себя Лоулер и решительно вошел на территорию электростанции.

Приближаясь к высокой конструкции, Вальбен постарался произвести побольше шума. Он кашлял, хлопал в ладоши, посвистывал и напевал что-то неопределенное. Джилли очень не любили, когда люди подходили к ним неожиданно.

Лоулер приблизился примерно метров на пятнадцать к электростанции, как к нему шаркающей походкой направились двое аборигенов.

В темноте они потрясали своей величиной. Двумя колоссальными башнями джилли возвышались над доктором, ночная тьма делала их бесформенными, и только маленькие желтые глазки светились подобно ярким фонарям на непропорционально крошечных головах этих существ.

Человек сделал приветственный жест, несколько утрировав его, чтобы ни у кого не возникло даже тени сомнения по поводу дружественных намерений.

Один из джилли ответил долгим фыркающим звуком «вру-у-ум», производившим далеко не приятельское отношение.

Местные жители выглядели крупными прямоходящими двуногими существами в два с половиной метра высотой, покрытыми толстым слоем черной упругой щетины, свисавшей густыми космами. Головы аборигенов казались до абсурда маленькими. Крошечные и куполообразные, они едва возвышались над громадными плечами, которые переходили в массивные и неуклюжие, неприятные для человеческого глаза тела.