Именно Лахудренок организовал его убийство в гостинице "Свердловск" и потому был поражен, увидев вернувшегося из могилы человека. Молибин вспомнил выражение лица Лахудренка и засмеялся от радости осознания того, что перед смертью бандит узнал его и испытал страх.
После четвертого рождения он стал почти профессионалом. Теперь его тревожил пистолет, который, несомненно, милиции уже примелькался. И все-таки первое после очередного рождения убийство он совершал из этого пистолета, а потом уже оружие выбрасывал и добывал другое, благо что после Абхазии, Приднестровья и Чечни сделать это было нетрудно. Сразу не расставался он с пистолетом только в исключительных случаях, когда сама возможность благополучно уйти казалась сомнительной и пистолет требовался, чтобы застрелиться. Оружие проблемой не являлось. При желании в этой России можно купить даже тактическую ракету, была бы в ней нужда. Труднее было найти деньги. Те, что оказывались вместе с ним в Коконе, были советскими и хождения в новой России не имели.
Но деньги найти тоже оказалось не так уж и сложно. Достаточно от одной дряни принять заказ на то, чтобы убрать другую такую же дрянь, если не хуже. Обычно он получал деньги до исполнения заказа и большее заказчиком никогда не встречался. Это гарантировало их общую безопасность. Полученные деньги Молибин тратил на жизнь и сбор информации. Деньги стали мерилом жизни нового общества, и любые сведения можно было получить, заплатив требуемую сумму. Молибину приходилось подкупать и уголовников, и работников прокуратуры, и высших милицейских чинов. С каждым подкупом он терял веру в нормальное развитие общества, порой ему казалось, что яблоко страны разъедает гигантский червяк, травя своими метастазами и выделениями все здоровое окружающее и порождая вокруг себя таких же бесхребетных червей, только поменьше размерами.
Гниль - вот что окружало его. Гниль.
Жажда наживы охватывала всех, она разъедала людей, нажива стала божеством, у ног которого лежали все - от министров до рядовых членов общества, включая и самых деклассированных. Многие с легкостью шли на любые преступления.
Человек, которого Молибину предстояло убить в Волгограде, занимался продажей наркотиков и одновременно отвечал за борьбу с их распространением. И то, и другое он делал вполне успешно; расплачивались за эту легкость своей жизнью и своей свободой сопляки, отдававшие дань моде. Именно они становились преступниками. По мнению Молибина, виновный в деградации общества человек обязан был умереть. Вурдалак заслужил свой кол.






