ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Чертовка Дмитрий Стрешнев Дмитрий СТРЕШНЕВ Ч Е Р Т О В К А Телефон звонит всегда неожиданно, даже когда ждешь, что вот-вот зазвонит. Это точно так же, как с письмами, которые ждёшь-ждёшь, ждёшь-ждёшь, потом на один день забудешь ждать, и тут - хлоп! Или как с повесткой в военкомат: вот сейчас, думаешь, вот сейчас, вот сейчас опять потянут, потому что осень уже лысая, и наверняка чья-то дивизия привалила в красноводские пески: ливийцы или йеменцы - повышать боевую и тактическую - всё думаешь-думаешь-думаешь, чуть забудешь думать и сразу - бац! - шесть месяцев из жизни долой. "Береводчик блохо, бребадаватель не банимай, лязим {нужен (араб.)} берерыв...". -...Алло! Айуа (то есть, то же самое "алло", но с египетским оттенком). -Мистер За... (по слогам, с натугой) мур... мурси... Москву заказывали? -Да-да! Я мистер Замурцев. Заказывали! Время, пространство сбиваются в какой-то войлок, и этот войлок набивается в голову, в трубку, вяжет во рту. Столько много всего, но смято, сжёвано, спутано, а начнешь потрошить, разделять - получится одна пыль. Мистика!.. Московские грустные гудки. Голос: -Алло... У нее всегда такой голос, как будто чего-то ожидает и что-то обещает. И всегда чуть нетерпеливый. В общем, примерно как малая терция. -Привет. Узнала? Почти так же пошло, как "здравствуй, это я". Давно надо бы придумать что-то оригинальное... такое... с покушением на словари будущего. -Узнала. Привет. -Говорить можешь? Когда Ю.В. недалеко, она отвечает: "Относительно". -Могу. -Как ты? -Нормально. -Получила письма? Было два. -Да... Кажется. Как это - "кажется"? Как это - "кажется"?! -А твои письма где? Два месяца ничего нет. -Извини. Так. Я, наверное, большая нахалка. -Да уж, больш

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Непеев, волоча груз бытия, прошел мимо, посматривая время от времени, ловит ли Саша камерой его каблуки, и в пустом холодном воздухе всё всплывал его голос:

-А как место называется, ты запомнил?

--Не то Холь, не то Гуль, -отвечал Саша.

--А "эль" там было в начале? Я же тебя просил запомнить...

Андрей пошел наугад вдоль палаток. Журналисты разбежались по лагерю, как цыплята по грядкам, как будто пытались найти какой-то спрятанный приз, хотя даже непрофессионалу Замурцеву было ясно, что искать здесь больше нечего.

Ему попался Леша Худомлинский, небрежно открывающий секреты Востока паре иностранцев:

-Если из Синджара, то это курды-езиды. Езидам в могилу кладут деньгу, хлеб, сыр и дубинку. Когда приходит ангел за расчетом, покойник предлагает ему сначала деньги, чтобы отвязаться, потом еду, а если и от еды откажется, то пускает в ход дубинку... А вот если юноша хочет полюбоваться девушкой-езидкой, то ему надо просто начертить вокруг нее круг, и она не имеет права из него уйти, пока юноша не позволит... (Явно прихватывает Леша, подумал Андрей) Вон, кстати, видна гора Синджар, из тех мест эти езиды и пришли...

Замурцев тоже посмотрел. День был туманный, небо низкое, но показалось, что далеко на востоке, на иракской территории, действительно виднелась большая гора, до которой было километров сорок, не меньше. Если бы светило солнце... Он посмотрел: где сейчас солнце? - и вдруг что-то ударило неприятно изнутри: а час-то? какой сейчас час?

Набежала уже половина четвертого. Это значит, что если тут же, не мешкая - черт с ним, с обедом, тем более, в этой пыльной Хасаке не получится ничего лучше, чем подозрительный шашлык в грязноватой харчевне если, не водя больше хоботом по сторонам и не развешивая уши, броситься к авто, то всё равно в Румейлан, на крайний северо-восток, где он надеялся переночевать на контракте у советских нефтяников, придется ехать полпути в темноте: зимой в эту пору уже в полшестого наползает ночь.

Андрей разыскал Коровникова.

-Ну, Женя, не поминай ни лихом, ни матом.

--Что-то ты, старичок, говоришь сегодня загадками. Или это опять из Хемингуэя?

--Просто хочу тихо-тихо убежать. Пора ехать дальше.

--Куда уж дальше! -удивился Женя.

--Есть места, Женя, -сказал Андрей и опять услышал, как где-то внутри него холодные пальцы нажали на клавиши, и зазвучал улетающий в небо тревожащий аккорд. Но Жене ли с его острым носом и быстрыми глазами было об этом рассказывать? Поэтому он только повторил:-Есть места...-и через силу плоско пошутил:-Но это не для прессы.

--И хорошо, что есть места, -одобрил Коровников.- Езжай с богом. Если тебя хватятся, я успокою.

Собственно говоря, для этого Андрей его и разыскивал.