ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Хитер и ловок владелец фирмы «Орфей», отправляющий грузовики с оружием в Таджикистан в обмен на наркотики. Упоен своей безнаказанностью людоед Джабилов. Властен и беспощаден московский авторитет Литви... Кукловод Андрей Борисович Троицкий Пролог Глубокой ночью возвращаться из области в Москву не самое приятное занятие. Тем более, когда ты крепко выпил. Три твоих приятеля, сидящих в салоне автомобиля, выпили больше твоего. Пятигодовалая «Волга», уже побывавшая в двух авариях и одном капитальном ремонте, издает какие-то странные, скрипящие и лязгающие звуки. И еще протяжное мычание, похожее на стон умирающей старухи. Дорога тоже оставляет желать лучшего. Осень, только что кончились три дня беспрерывных дождей, и вот неожиданно ударили ранние заморозки. Асфальт скользкий, как каток у дома пионеров. Двухрядная дорога, виляющая из стороны в сторону, так и норовит выскочить из-под колес. Авария, если ей суждено случиться, обязательно случиться. Сидевший за рулем Игорь Акимов не подумал сбавить скорость, когда машину занесло первый раз. Он крутанул руль в сторону заноса, выровнял «Волгу» и продолжил разговор, будто ничего не случилось. Собственно, весь разговор свелся к обмену мнениями о свадьбе приятеля, с которой и возвращались по домам четверо мужчин. Вопрос, хороша ли невеста, уже провинтелировали и закрыли. Сошлись в том мнении, что такой знойной женщине, похоронившей второго мужа, можно смело отдаться. Если выпьешь поллитровку. Но обязательно с прицепом. Дальше разговор закрутился вокруг непосредственно свадьбы. Тут и вспомнить особенно нечего, ничего выдающегося. Стол – так себе, музыка – средней паршивости, даже приличной драки с битьем посуды не случилось. Только какой-то пьяный мужичок, из местных, деревенских, неизвестно от кого получил в морду еще в самом начале застолья. И всю свадьбу провалялся в поперек темных сеней. О мужичка спотыкались, все, кто выходил на

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Каширин остановил Кобылкина посередине асфальтовой дорожки, намертво вцепившись ему в рукав пальто.

– Нет, послушай. Я ведь не какой-нибудь еврей процентщик, ростовщик, который сидит в своей сырой норе и ждет… Ждет свою жертву, доведенную судьбой до жизненного края. Чтобы содрать последнее. Я глава инвестиционной компании. По существу менеджер, который распоряжается деньгами. Не своими собственными, а чужими. Я не из своего кармана дал в долг Ореховой. Это деньги пайщиков. С меня спросят и основную сумму, и проценты по кредиту. Это чужие деньги…

От могилы к воротам неторопливо шли притихшие люди. Некоторые из них останавливались, оглядывались на двух мужчин, выбравших для денежного спора не самое подходящее время и место. Наконец, Кобылкин высвободил свою руку.

– Успокойтесь, – сказал он. – Все наши договоренности сохраняются. Но поймите, нужно время, чтобы привести дела в порядок. Мне нужно войти в курс. Дайте хотя бы неделю.

Каширин не верил ни единому слову. Этот черт сто бочек наговорит… Каширин ловил удивленные взгляды людей и думал, что, действительно, стороны он выглядит, как последний идиот. Нет, даже хуже идиота. Но что ему делать?

– У меня нет этой недели, – чуть не застонал Каширин. – Это чужие деньги. Не мои и не ваши.

– Хорошо, хорошо, – часто закивал Кобылкин. – Поговорим обо всем прямо в понедельник. Вот в понедельник и поговорим.

Быстрым шагом едва не бегом Кобылкин бросился к воротам, смешался с толпой людей. Каширин поднял голову кверху. В вышине серого неба каркала, нарезала неровные круги огромная ворона. Худшие опасения Каширина сбывались. Но жила еще и надежда, авось, и удастся выбраться из этого смертельного штопора.

* * *

С кладбища Каширин отправился не на московскую квартиру, а в загородный дом в недалеко от кольцевой дороги. Большой дом, строительство которого растянулось аж на пятилетку, и прошлым летом, наконец, благополучно завершилось. В доме Каширина ждала молодая жена Марина и горячий обед.

Он отпустил водителя до понедельника, отказался от обеда и стал бесцельно слоняться из комнаты в комнату. Новый приступ мигрени, возвращавшийся каждый день, застал Каширина в гостиной. Он полез в сервант, вытащил упаковку таблеток, сунул в рот парочку пилюль, запив их водой из горлышка бутылки.

– Что это ты за таблетки принимаешь?

Марина хотела войти в комнату, но остановилась в дверях, наблюдая за мужем. Голубые джинсы в обтяжку подчеркивали девичью стройность бедер, кофточка цвета осенней жухлой травы тесно облегала иные прелести юного тела.