ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пытаясь создать абсолютное оружие, военные вывели новый вид животных: идеальных бойцов и диверсантов, с которыми сами не смогли совладать.Москвы больше нет, остался лишь Старый Город – люди бежали из... Крысолов Иван Тропов Часть первая ГОРОД ГЛАВА ПЕРВАЯ Машина была новенькая, чистенькая, небесно-голубая – но без шин. Диски колес уперлись в брусчатку. Вокруг них, словно горсти черного снега, мелкие резиновые ошметки. Бывшие шины. – Как же меня достали эти жирные твари, – сказал Тягач, разглядывая кремлевскую стену за машиной. Он щелкнул окурком, отправив его в сторону Кремля этакой крошечной баллистической ракетой, – но пролетела та всего метров пять. Свалилась с курса и упала на брусчатку. Тогда Тягач поднял гранатомет и прицелился в ворота. – Очумел, что ли! – Живодер поспешно положил руку на гранатомет и опустил толстый ствол. – Дошутишься, остряк-самоучка. Поверят, что хочешь выстрелить, и затопчут, даже помолиться не успеешь… Он кивнул на машину, небесно-голубой “Сахалин”, замерший ровно посередине между ними и кремлевской стеной. Если не считать превращенных в ошметки шин, машина была в идеальном состоянии. Блеск и красота, собранная отечественным производителем под чутким руководством японских мастеров… Похоже, совсем недавно шины обожрали. Еще неделю назад “Сахалина” здесь не было. – Разбомбить бы этот рассадник, – сказал Тягач. – А по­том сверху напалмом. – Нельзя, – сказал Живодер. – Мало ли что там внутри… Памятник культуры. – Ну да, а то как же… Памятник культуры… Стены древнего Кремля… Интеллигенты долбаные, чтоб их всех голубыми елями… Стас стоял в стороне, засунув руки в карманы и привалившись спиной к микроавтобусу. Первые числа марта принесли оттепель, но теперь опять ударил морозец. Брусчатка подернулась ледовыми корочками, и сугробы по краям площади все держались. Первый натиск весны выдержали, а людских рук и подавно не боятся. Их тут уж который г

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ни людей, ни суеты, ни шума… Чуть позже, когда весна вступит в свои права, можно будет открыть окно и слушать, как голосят зяблики в кустах вокруг пруда.

Здесь, внутри Садового кольца, почти никто не живет. Может быть, десяток человек. По крайней мере, в ближайших кварталах точно никого – ночами вокруг ни одного огонька. Совсем никого. Конечно, если не считать крыс и прочих мутантов.

А в паре кварталов севернее, за Садовым кольцом, по которому лениво ползают танки патрулей, уже начинается жизнь. Сначала только в больших, хороших домах.

Крыс и там еще было более чем достаточно, так что сразу за кольцом живут только толстосумы. Те, что двадцать лет назад, когда нашествие крыс на город только началось и цены на недвижимость резко поползли вниз, скупали недвижимость кварталами, надеясь, что паника скоро сойдет на нет. Свято веруя, что уж в Москве-то порядок наведут. Что перед ближайшими же выборами президента доблестных спецназовцев погонят по подземной Москве разгребать крысиные норы. И паника сменится бумом цен на брошенное жилье.

Разгребли, блин…

Многие махнули рукой на эти дома, постарались поскорее от них избавиться, и теперь недвижимость вблизи Садового кольца и особенно внутри стоила копейки. Но некоторые не сдались. Превратили свои дома в крепости, наняли постоянную охрану. Из принципа. Вроде как их собственность, верно? Вот и будет их, и хоть небо разверзнись. А может, просто до сих пор не могут смириться, что деньги, и немалые, оказались выброшены на ветер…

Дальше от центра, в бывших спальных районах, уже настоящая жизнь. Только бедная. Там ютятся беженцы и приезжие. Их там много, очень много. А значит, там много и отходов, и живого человеческого мяса. Там крысы лютуют. Но людям, бежавшим от войны, достаточно крыши над головой. В конце концов, крысы – это не двухсотмиллиметровые бомбы.

Да и надеются они. Человек всегда надеется… Вот и они. Живут верой, что рано или поздно подкопят деньжат и переберутся в Пригород. Туда, где улицы патрулируют не вертолеты на бреющем полете, а обычные ребята с автоматами. Где новых подземных коммуникаций не роют, а старые все замурованы, где трубы канализации, водоснабжения и электрические кабели идут высоко над землей, под трассами монорельсов.

Но здесь, в самом центре Старого Города, жить можно – если уметь уживаться с крысами.

Два года уже. Привык.

А теперь, похоже, придется куда-то перебираться.

Только куда? Питер? Екатеринбург? Новосибирск? Во всех крупных городах водятся модифицированные крысы, но потеснить людей всерьез, а тем более начисто вытеснить из центра – такое только в Москве.

В других городах крысоловы не будут в той же цене, что здесь… Да и не спасет переезд в другой город от гэбэшников. Они вездесущи, как тараканы…

И ведь это еще половина дела. Меньшая.