ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодой, не лишенный таланта, честолюбивый и предприимчивый аспирант пытается найти свое место в науке. Однако циничная криминальная реальность университетской жизни заставляет его принять жесткие пра... Кафедра Андрей Житков Потусторонний объект Настроение у Дмитрия Залесова было чудесное. Он шагал по университетским лестницам, перепрыгивая через ступеньки, и напевал себе под нос засевшую в голове песенку из прошлогоднего шлягера: “Давай вечером умрем весело, будем опиум курить. Давай вечером начнем с бабушкой по-французски говорить”. Некоторые слова из песни он не помнил и заменял на собственные, не менее веселые и замечательные. Восемь минут назад он сдал лохматым первокурсницам в кислотных куртках три “корабля” с чуйской травой, называемой в простонародье “зелеными штанами”, и даже “дунул” с ними пару затяжек, чтобы проверить качество товара. Качество было не ахти, потому что перед продажей он собственными руками подмешал к траве полусырого зеленого табака типа “махорка”. Однако зацепило его хорошо, и теперь, поднявшись на третий этаж, он вдруг увидел в конце коридора силуэт рогатого мужика в зеленоватом свечении. Захотелось догнать инфернального субъекта и ради смеха надавать ему по морде. Митя припустил по коридору, но мужик исчез за поворотом, а вместе с ним исчезло и желание бить кого-либо. “Вот скажу людям Марата, они быстро тебе рога пообломают”, — весело подумал Залесов. Марат у них был главным по траве. Выше всех, даже ректора. Говорили, он этих своих “зеленых штанов” даже пальцем не касается. Лежит где-то в укромном университетском уголке большой мешок с “чуйской долиной”, а рядом с ним басмачи с ружьями сидят, спичечные коробки наполняют — те самые “корабли”— пускают их в плаванье по длинным университетским коридорам. А там уж их штурманы типа Мити дожидаются, чтобы весело было лохматым первокурсницам в кислотных куртках. А Марат на персидских коврах леж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Впрочем, бабушка была почти слепая — Лину она видела в виде вытянутого серого пятна в ореоле света.

— Бывает ухожу, — пошутила Лина.

— Позавтракала бы на дорожку?

— Не хочу, — Лина, действительно, не хотела, желудок был сжат нервным спазмом. — Пока, бабуль! — она подошла к кровати, поцеловала бабушку в щеку, провела рукой по жидким волосам. — Я тебе позвоню.

— Ты моя милая! — улыбнулась бабушка беззубым ртом. — Я сейчас встану, помашу тебе из окна ручкой.

— Не надо, не надо, — слабо попросила Лина. Она осторожно закрыла за собой дверь.

Уже спустившись вниз, у подъездной двери, она достала из-под мышки небольшой пистолет, взвела его, снова перекрестилась. “Ну-ка, мужики во дворе, быстренько отвернулись и не увидели, что я вышла из подъезда!”— мысленно приказала Лина и нажала на кнопку замка.

В бинокль Бадаеву было видно, как во дворе появились Федор Иванович и Рашид. Когда профессор заходил взад-вперед, Бадаев тоже рассердился — иногда Федор Иванович заходил за дом, и его не было видно. “Что же ты мечешься, конь с яйцами! Давай-ка подальше, на открытое пространство, к “ракушечкам”, чтобы обзор был больше, — про себя говорил Бадаев. — А Линочка у нас — умная девочка, смышленая.”

Первым Лину увидел Рашид. Заулыбался, направляясь к ней.

— Доброе утро. Ну, как наш башкирский медок?

— Сейчас будет, — пообещала Лина, оглядываясь.

— У меня все с собой, — Рашид хлопнул ладонью по чемоданчику.

— Линочка, девочка моя! — наконец-то увидел ее Федор Иванович. Он подошел к девушке, склонился, галантно целуя руку.

— Пойдемте вон туда, к “ракушкам”, — пригласила мужчин Лина. Она посмотрела на окно. В окне щурилась бабушка, пытаясь ее увидеть. Они направились к гаражам. — Давайте!

Федор Иванович с Рашидом раскрыли кейсы. Лина взглянула на пачки с долларами, взяла одну наугад, потрогала пальцами купюру. Деньги были настоящие. Понятно, мистер Чанг — клиент солидный, кидать ему ни к чему. Мало ли, придется обратиться снова. Федор Иванович протянул Рашиду дискету в пластиковой коробочке, Рашид Федору Ивановичу — кейс с долларами. Раздался скрип…

Бадаев видел, как мужчины раскрыли кейсы. Лина топталась рядом. Все трое стояли кучно, как одна большая мишень. Бадаев откинул крышку на прицеле, приложил винтовку к плечу. В прицеле вдруг взметнулись металлические ребра “ракушек”…

В одно мгновение крышки “ракушки” с обеих сторон со скрипом взлетели вверх. Под ними оказалось человек восемь, не меньше. Они молча набросились на Лину и Федора Ивановича. “Так я и знала!”— тоскливо подумала Лина, когда пистолет доставать было уже поздно — ее крепко держали под локти два добра молодца в штатском. Третий быстро обыскал ее, положил к себе в карман ее пистолет.