ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Польский писатель Януш Мейсснер — признанный мастер историко-приключенческого жанра. Увлекательные романы писателя, точно воссоздающие колорит исторической эпохи, полные блестяще написанных батальных... Черные флаги Януш Мейсснер Перечень основных действующих лиц Альваро Педро-иезуит, секретарь резидента в Сьюдад-Руэда Бельмон Ришар де — француз, капитан корабля “Аррандора”, впоследствии “Торо” Барнс Перси-матрос с корабля “Зефир” Ведеке Зигфрид-член гданьского сената Визелла Франческа де-жена португальского губернатора Явы Геррера и Гамма Винсент-губернатор Веракруз Дрейк Френсис-англичанин, корсар, капитан корабля “Гольден хинд”(“Золотая лань”) Иника-дочь индейского кацика Квиче-Мудреца Каротт Пьер-француз, капитан корабля “Ванно” Квиче-Мудрец-индейский кацик, владыка страны Амаха Клопс-матрос с корабля “Зефир” Куна Ян, он же Мартен-корсар, капитан корабля “Зефир”, поляк Куна Кароль-брат Яна Мартена Куна Катарина-мать Яна мартена Куна Миколай-польский капер, отец Яна Мартена Ленген Эльза-мещанка из Антверпена Матлока-индианка, бабка Иники Мэддок Гарви-английский корсар, капитан корабля “Найт” Паливода Мацей-гданьский ремесленник, отец Ядвиги Паливодзянка Ядвига-дочь Мацея Паливоды Поцеха Томаш-кашуб, главный боцман корабля “Зефир” Рамирес Диего де-губернатор Сьюдад-Руэда, испанец Рамирес Бласко де-сын Диего, капитан корабля “Санта Мария” Тессари-итальянец, матрос с корабля “Зефир” Тотнак-индеец, вождь племени хайхолов Уатолок-жрец индейского бога Тлалока Уайт Соломон-англичанин, капитан корабля “Ибекс” Хагстоун Уильям-англичанин, офицер с корабля “Ибекс” Штауфль Герман-парусный мастер на “Зефире” Шульц Генрих-помошник капитана “Зефира”. Перечень кораблей и судов “Ванно” — фрегат, собственность Пьера Каротта, капитан-Пьер Каротт “Гольден хинд” — каперский корабль, собственность Френсиса Дрейка, капитан Френсис Дрейк “Зефир” — галеон, собственность Миколая Куны, капит

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тропинка, уже заросшая молодыми побегами и кустами, едва заметная в чаще, привела его на берег ниже пристани, где когда-то стояли хижины индейских рыбаков. От тех не осталось даже следа: обугленные стены рассыпались, а пепел смыли дожди. Высокая трава, папоротники и вьюнки наступали со всех сторон и вновь захватили почву, отнятую у них людьми. Ни единой пироги не было видно у берега. Остались только рваные, изодранные сети, разметанные ветром и занесенные в чащу.

Мартен вернулся. Холодный обруч ужаса, сдавивший его сердце и мозг, казалось, ослабел. Мозг теперь лихорадочно работал, мысли летели наперегонки.

Судя по следам ядер и по направлении, в котором рухнули поверженные деревья, нападение произошло со стороны моря. И совершить его могли только испанцы. Наверно, захватили местных рыбаков и пытками добились от них сведений о расположении укреплений над лагуной. Значит что-то прослышали про убежище “Зефира”. Слухи о Пристани беглецов давно кружили по Мексиканскому заливу, индейцы и негры, бежавшие с испанских плантаций, находили дорогу в Амаху; почему же не могли найти её испанцы?

Вошли ли их корабли в лагуну?

Мартен в этом сомневался, хотя, конечно, под руководством людей, хорошо знающих расположение мелей, можно было попытаться провести тяжелые каравеллы даже вверх по реке. Так или иначе, после артиллерийского обстрела нападавшие наверняка высадили сильный десант, который расправился с оставшимися в живых защитниками форта и перебил или захватил местных жителей, если тем не удалось сбежать вглубь джунглей.

А Хагстоун? Был он тут или в Нагуа? Погиб или ещё жив?

Задав себе этот вопрос, Мартен задумался. Он не заметил тел других белых кроме трех несчастных у столбов посреди площади. Притерпевшись к ужасному зрелищу и удушающему зловонию, Ян решился взглянуть на жертвы вблизи. Их тела, или точнее кости и иссохшие сухожилия, ещё удерживавшие оголенные кости в суставах, были неузнаваемы. Лишь на черепах сохранились остатки черных волос, а у Хагстоуна волосы были каштановыми.

“ — Это ничего не доказывает, — подумал Мартен. — Его могли забрать с собой. Могли заставить показать дорогу в Нагуа.”

Мысль эта жгла его огнем. Ян не хотел, не мог поверить в столь ужасную возможность. Это было бы хуже всего, слишком непереносимо и жестоко…

“ — Нет, Хагстоун не трус, — продолжил он мысль, — если даже каким-то образом его захватили живым, он должен был знать, что никакой ценой не избежал бы судьбы тех, кого замучили здесь насмерть. Скорее завел бы их корабли на мель, чем провел туда. Закупорил бы реку — это ясно! Ему нечего было терять!”

Эти рассуждения несколько его успокоили, но всех опасений не развеяли.

“ — Нужно попасть туда как можно скорее,» — подумал он.