ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Польский писатель Януш Мейсснер — признанный мастер историко-приключенческого жанра. Увлекательные романы писателя, точно воссоздающие колорит исторической эпохи, полные блестяще написанных батальных... Черные флаги Януш Мейсснер Перечень основных действующих лиц Альваро Педро-иезуит, секретарь резидента в Сьюдад-Руэда Бельмон Ришар де — француз, капитан корабля “Аррандора”, впоследствии “Торо” Барнс Перси-матрос с корабля “Зефир” Ведеке Зигфрид-член гданьского сената Визелла Франческа де-жена португальского губернатора Явы Геррера и Гамма Винсент-губернатор Веракруз Дрейк Френсис-англичанин, корсар, капитан корабля “Гольден хинд”(“Золотая лань”) Иника-дочь индейского кацика Квиче-Мудреца Каротт Пьер-француз, капитан корабля “Ванно” Квиче-Мудрец-индейский кацик, владыка страны Амаха Клопс-матрос с корабля “Зефир” Куна Ян, он же Мартен-корсар, капитан корабля “Зефир”, поляк Куна Кароль-брат Яна Мартена Куна Катарина-мать Яна мартена Куна Миколай-польский капер, отец Яна Мартена Ленген Эльза-мещанка из Антверпена Матлока-индианка, бабка Иники Мэддок Гарви-английский корсар, капитан корабля “Найт” Паливода Мацей-гданьский ремесленник, отец Ядвиги Паливодзянка Ядвига-дочь Мацея Паливоды Поцеха Томаш-кашуб, главный боцман корабля “Зефир” Рамирес Диего де-губернатор Сьюдад-Руэда, испанец Рамирес Бласко де-сын Диего, капитан корабля “Санта Мария” Тессари-итальянец, матрос с корабля “Зефир” Тотнак-индеец, вождь племени хайхолов Уатолок-жрец индейского бога Тлалока Уайт Соломон-англичанин, капитан корабля “Ибекс” Хагстоун Уильям-англичанин, офицер с корабля “Ибекс” Штауфль Герман-парусный мастер на “Зефире” Шульц Генрих-помошник капитана “Зефира”. Перечень кораблей и судов “Ванно” — фрегат, собственность Пьера Каротта, капитан-Пьер Каротт “Гольден хинд” — каперский корабль, собственность Френсиса Дрейка, капитан Френсис Дрейк “Зефир” — галеон, собственность Миколая Куны, капит

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но утлое пламя осветило только часть обширного пространства; углы, проемы под окнами и глубокая ниша тонули в тени.

Тут через распахнутые двери в соседнюю комнату хлынул поток света; Томаш Поцеха, Цирюльник и Ворст, а за ними прочие с пылающими факелами стали на пороге.

— Мы нашли останки губернатора, капитан, — сообщил Поцеха. — Это он лежит на катафалке.

Но Мартен уже не слышал. В два прыжка подлетев к нише, рванул маленькие, невидимые до той поры дверки, и узрев за ними какую-то скорчившуюся фигуру, поволок её на середину зала.

— Огня! — взревел он.

Их окружили люди с факелами. Мартен отпустил пойманного человека и отступил на шаг. Перед ним стоял высокий мужчина в темном плаще, наброшенном на плечи, со шпагой на боку; на полу валялась его шляпа с перьями, украшенная золотыми галунами.

— Кто вы? — спросил Мартен.

Испанец смерил его надменным взглядом. Не спеша нагнулся, поднял шляпу и, отряхнув её от пыли, водрузил на голову.

— Меня зовут Бласко де Рамирес, — заявил он.

— Ага! — выкрикнул Мартен. — Вас-то я и искал, идальго де Рамирес. Меня зовут Ян Мартен. Вы должны были кое-что обо мне слышать, судя по визиту, который нанесли в Нагуа?

Рамирес дрогнул и отступил на шаг, кладя руку на рукоять шпаги.

— Это вы… — прошептал он.

— Да, это я, — кивнул Мартен. — Можете помолиться, прежде чем извлечь шпагу из ножен. А потом я вас убью.

Рамирес оглядел окружавшие его лица.

— Ясно, — буркнул он. — Вас тут десяток…

— Вы погибнете от моей руки, — прервал его Мартен. — Они будут лишь свидетелями того, что тут произойдет. Расступитесь! — приказал он своим людям.

Рамирес покосился на окно; казалось, он прислушивается к доносившимся оттуда крикам, скрипу повозок, ржанию коней, шуму, производимому корсарами, грабящими соседние дома.

Мартен не спускал с него глаз.

— Ну и что? — презрительно бросил он. — Вижу, нет у вас охоты ни молиться, ни биться. Сбежали от меня со своего корабля, но отсюда сбежать не удастся. Защищайтесь!

Его тяжелая шведская рапира просвистела в воздухе и пучок перьев с адмиральской шляпы, срезанный как бритвой, опустился на пол.

Среди боцманов, державших высоко поднятые факелы, пролетел смешок, а на бледном лице Рамиреса проступил темный румянец гнева. Бласко отбросил прочь шляпу, стряхнул плащ с правого плеча и выхватил шпагу.

Секунду они мерялись взглядами, после чего схватились и сталь зазвенела о сталь. Мартен отступил на шаг, на два, отбил один и другой выпад, словно на пробу, потом отступил ещё и вдруг молниеносной вертушкой скользнул по эфесу шпаги противника. Могло показаться, что он едва её коснулся, но клинок вдруг с дребезгом отлетел назад, а Бласко, бледный как стена, окаменел на месте.

— Подними! — услышал он голос Мартена.