Эми стояла перед ним, улыбающаяся, живая и такая красивая, что от одного взгляда на нее у него перехватывало дыхание. Пятнадцать лет назад она была по-детски хорошенькой, тоненькой, как тетива лука, с нахальным маленьким носиком, усыпанным веснушками, упрямым подбородком и огромными голубыми глазами, оттененными длинными густыми ресницами. Сейчас, оставаясь все такой же хрупкой, она приобрела округлость форм зрелой женщины. Его взгляд остановился на белых кружевах, которыми был отделан лиф ее платья, потом скользнул вниз на ее точеную талию и нежный изгиб бедер, подчеркнутый двумя кружевными буфами, изящными полукругами спускавшимися на юбку. Горло у него перехватило, и несколько секунд он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Это был не сон, это была самая настоящая реальность.
Уголком глаза Эми заметила какую-то тень, возникшую в дверном проеме. Оторвавшись от того места в «Руководстве по светским манерам», которое она читала, она тут же забыла, о чем шла речь, едва увидела высокого человека, одетого во все черное, с шерстяным пледом, перекинутым через плечо, как это принято у команчеро, и с серебристым револьвером на бедре. Легонько вскрикнув, она отступила на шаг, прижавшись спиной к классной доске.
— М…могу я вам чем-нибудь помочь, сэр? — спросила она слабым голосом.
Он не ответил. По-прежнему прислонясь плечом к дверному косяку, он стоял, выставив одно бедро и слегка согнув колено, в позе небрежной и даже вызывающей. Широкие поля его ковбойской шляпы оставляли лицо в тени, позволяя видеть только резко очерченные губы и блеск белых зубов. Коснувшись полей шляпы, он кивнул Эми и переступил на другую ногу, заполнив собой весь дверной проем.
— Привет, Эми.
Его глубокий бархатистый голос заставил Эми. вздрогнуть, и по спине ее побежали мурашки. Она оцепенела, глядя на него и не понимая, почему этот команчеро стоит в дверях ее класса, перекрывая единственный путь к спасению. То, что он знал ее имя, пугало еще больше. Здесь, конечно, был не Техас, но кошмары прошлого нашли ее и здесь.
С пересохшим ртом она смотрела на него и не знала, что же делать. Остальные что, снаружи? Она чувствовала, как ее испуг передался ученикам, и вся ее храбрость испарилась куда-то. Остался только страх» холодный, парализующий страх.
Мужчина сделал шаг вперед, зазвенев шпорами по деревянному полу. Этот звук отбросил Эми в далекое-далекое прошлое, когда команчеро похитили ее. До сегодняшнего дня она помнила их грубые и грязные руки на своей груди, их жестокий смех, когда они по очереди, раз за разом, брали ее девичье тело.
Пол пошатнулся под ее ногами. В ушах зазвенела чудовищная какофония, казалось, ушедшая в прошлое, но вернувшаяся в сегодняшний день.






