В эти минуты ей как никогда хотелось бы оказаться дома, но вопреки желанию она все дальше и дальше удалялась от него.
Мелора обратила внимание, что ландшафт резко изменился. Закончилась скучная, заросшая полынью равнина, на которой время от времени встречались холмы и небольшие сосновые перелески. Теперь они очутились в прекрасной стране Черных Гор. Они пересекали поросшие дубами долины, усеянные островками подсолнечника, пускали лошадей галопом по широким изумрудным лугам, огибая покрытые редкими соснами и осинами возвышенности. Огромные вековые сосны, густо растущие на склонах, придавали холмам мрачный, угрожающий вид, за что их и прозвали Черными Горами.
Места были поистине великолепны и резко отличались от тех, что окружали «Плакучую иву». От этого Мелора лишь острее почувствовала тоску по дому, хотя не могла не признать захватывающей красоты этой огромной просторной страны, с ее каменистыми холмами, густыми лесами, вздымающимися вдали, и сверкающими от утренней влаги цветами на зеленых лугах.
Минувшую ночь молодые люди провели у реки Бел Фоч, протекающей почти в миле от Дьявольской Башни. Оттуда они с благоговейным трепетом взирали на огромную каменную колонну, верхушка которой еще долго после захода солнца была охвачена золотисто-алым пламенем. Когда же на небе зажглись звезды и появился месяц, их свет как-то по-особенному таинственно освещал этот странный исполинский шпиль, словно грозный страж, охранявший прилегающую к нему безмолвную равнину.
Кэл смотрел на все это великолепие как завороженный. Казалось, мысли унесли его далеко от этих мест. С тех пор как они покинули злополучную хижину, он почти не разговаривал с Мелорой, давая понять, что сочувствие, которое проявил в ту страшную ночь, полностью ушло в небытие. Всем своим видом он демонстрировал холодную сдержанность и отчужденное равнодушие, разговаривая с девушкой подчеркнуто грубоватым тоном.
Несмотря на это, мысли снова и снова уносили Мелору в то мгновение, когда Кэл осторожно обнимал ее, нежно поглаживая по голове. Его руки были такими ласковыми и сильными. Она хорошо запомнила то чувство защищенности, которое испытала в его объятиях, А глаза Кала, обычно насмешливые и холодные, тогда излучали заботу и внимание.
Странное, двойственное чувство одолевало Мелору всякий раз, когда она думала об этом. Девушка не могла понять, что означали его слова: «Я никогда не хотел причинить тебе зла». Она боялась обмануться в своих ощущениях. Скорее всего, думала она, Кэл не мог отдать ее в руки бандитов и хотел уберечь от изнасилования и убийства ради осуществления своего замысла отомстить Вайэту. Но в то же время она не была в этом уверена.
Мелору терзали сомнения.






