Джордж и Гарри вели обстоятельную беседу о содомии, то и дело прерываясь, чтобы не менее обстоятельно глотнуть из кружек. Хагбард заказывал пиво с такой частотой, что Джорджу приходилось чуть ли не каждые две минуты выпивать по большому глиняному
штайну.
Какие-то люди входили в ресторан и садились на свободные места за столом. Джордж обменялся рукопожатием с человеком лет тридцати, представившимся Саймоном Муном. С ним пришла миловидная чернокожая женщина, которую звали Мэри Лу Сервикс. Саймон тотчас же начал рассказывать о фантастическом романе, который он читал, пока летел сюда в самолете. Джордж с интересом слушал, пока не сообразил, что речь идет о книге Атланты Хоуп
«Телемах чихнул».
Ему было непонятно, как можно воспринимать всерьез подобную макулатуру.
Когда Джордж, чувствуя себя совсем пьяным, допивал десятую кружку знаменитого ингольштадтского пива, в поле его зрения, которое к тому моменту сузилось до размеров кроличьей норы, попал седой, стриженый «ежиком» человек в коричневом костюме и роговых очках.
– Джордж! – крикнул человек.
– Да, это я, – пьяно сказал Джордж. – А это ты, Джо, не так ли? – Джордж повернулся к Гарри Койну. – Это тот парень, который послал меня в Мэд-Дог.
Гарри засмеялся. Джо выглядел испуганным.
– Боже мой, – сказал он. – Что с тобой случилось, Джордж?
– Много чего, – сказал Джордж. – Сколько же лет мы не виделись, Джо?
– Лет? Прошло всего семь дней, Джордж. Я видел тебе как раз перед тем, как ты сел в самолет, чтобы лететь в Техас. Чем ты занимался?
Джордж погрозил ему пальцем.
– Ты многое скрывал от меня, Джо. Ты не был бы здесь сейчас, если бы не знал гораздо больше, чем притворялся, когда отправлял меня в Мэд-Дог. Может быть, старый добрый Хагбард расскажет тебе, чем я занимался. А вот и он сам, старый добрый Хагбард, смотрит на нас со своего конца стола. Что скажешь, Хагбард? Ты знаешь старого доброго Джо Малика? Хагбард поднял громадную, богатую кружку, которую ему как почетному гостю преподнесла администрация «Шлосскеллера». Поверхность кружки была покрыта барельефами, изображавшими языческие лесные пейзажи, на фоне которых опухшие от пьянства сатиры гонялись за упитанными нимфами.
– Как дела, Малик? – крикнул Хагбард.
– Прекрасно, Хагбард, просто прекрасно, – ответил Джо.
– Будем спасать мир, правда, Джо? – прокричал Хагбард. – Спасать Землю, верно?
– Иисус спасает, – сказал Джордж и запел:
Я обрел покой, что выше понимания
В глубине моей души,
В глубине моей души,
В глубине моей души.
Я обрел покой, что выше понимания
В глубине моей души…
В глубине моей души… живет!
Хагбард и Стелла рассмеялись и зааплодировали. Гарри Койн покачал головой и пробормотал: «Как бывало. Да уж, как бывало».






