Итак, через шесть месяцев ты сможешь вступить в права наследства и будешь получать ежемесячное содержание, поскольку ты не замужем. Но для нас с Фолком это будет означать настоящую катастрофу. Ему нужно срочно усилить вооружение на своих судах, а пушки, как ты понимаешь, стоят денег, которых у него почти не осталось. Проблема решится только в одном случае – если ты выйдешь замуж за Джеральда.
– Но в городе немало других богатых невест, отец!
– Фолк на них и глядеть не хочет, ему нужна только ты. Да и самой тебе, Блисс, пора замуж. Я ведь не вечен и хотел бы быть спокойным за тебя. И потом, тебе скоро двадцать пять, а любой мужчина стремится взять в жены такую женщину, которая еще может нарожать ему детей. Подумай об этом. Ведь если ты не выйдешь замуж, для тебя останется недоступной радость материнства.
Блисс вздрогнула. Слова Клода попали в самое ее больное место. Почти семь лет прошло с того дня, как она потеряла своего ребенка. Почти шесть лет тому назад умер Гай. Все эти годы Блисс жила воспоминаниями о них. Дни ее катились один за другим – пустые, однообразные, холодные. Сердце Блисс согревалось только грезами о том, какой прекрасной могла бы быть ее жизнь, если бы рядом были эти двое – Гай и их сын... Хотела ли она иметь другого ребенка? Да, конечно, да! Но для того, чтобы снова стать матерью, она должна была выйти замуж.
– Я хочу иметь ребенка, – грустно вздохнула Блисс. – Ах, если бы мой сын был жив...
– Но он мертв! – резко перебил ее Клод. – Ты уже достаточно долго оплакивала его. Довольно. Соглашайся на брак с Джеральдом Фолком – и ровно через год ты будешь качать на руках младенца. Тебе уже двадцать пять, твое время уходит. В этом возрасте почти все девушки уже имеют семью. Кроме того, мы с Фолком находимся в отчаянном положении. Ему необходимы твои деньги, чтобы поправить дело, а если Фолк пойдет ко дну, вместе с ним пойду ко дну и я. У тебя нет выбора, Блисс. Тебе придется на этот раз уступить моим требованиям. Я дал Фолку слово, что ты примешь его предложение. Не делай из меня лжеца и подчинись отцовской воле!
Блисс почти не слушала отца: все его доводы она уже знала наизусть. Перед ее мысленным взором вновь возникло лицо человека, которого она так страстно и нежно любила. Как же давно это было! И все равно, даже сейчас, через столько лет после смерти Гая, она помнила все. Помнила мягкие, блестящие темные волосы Гая, его серые, с серебристым оттенком глаза, его мускулистые руки и слова, которые он шептал ей в мочи...
Но Гай Янг мертв.
И их сын тоже мертв.
Ей никогда не встретить нового Гая, но она еще может иметь нового ребенка...
– Ты должна это сделать ради меня, Блисс! – настойчиво твердил Клод. – Джеральд уже совершил все необходимые приготовления.






