ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Остросюжетный бестселлер известного американского писателя о жизни современной Америки и ее столицы, о борьбе правительственных служб и общества с террором мафии и коррупцией сросшихся с ней государст... В западне Стивен Кунц Моим родителям Гилберту и Вайолет посвящается Этот роман – плод фантазии. Герои, имена, ситуации, диалоги и сюжет – результат авторского воображения либо просто выдуманы. Некоторые герои носят имена реальных политиков Соединенных Штатов, действовавших в то время, когда писалась эта книга. Однако их характеристики, разговоры, мнения и действия – чистейший вымысел. Любое возможное сходство с реальными людьми или событиями – случайное совпадение. – Да, говнюк что надо. Проблема в том, что он может свернуть направо и прижмет нас раньше, чем мы успеем проскочить. – Не успеет, – задумчиво произнес Тони Ансельмо. – Вылетит как миленький, куда денется. – Может, там рядом коп в двух кварталах, а мы не знаем. Или в окне кто-нибудь торчит, только и ждет, чтобы набрать 911. Парень какой-нибудь подружку свою в кустах трахает. Ненавижу эти гребаные окраины. Они проехали за Харрингтоном еще милю, прикидывая все за и против. – Не знаю, Винни. – Впереди поворот направо, и его понесет прямо на разделительный барьер. Я надавлю на акселератор, и мы успеем проскочить до того, как он вмажется и повалится. – Если возьмет правее, он нас отрежет, – предположил Тони. – Не отрежет, если сделаешь все как надо. Целься прямо в ухо. – Винни взглянул на неподвижно сидевшего Тони. Тот под его взглядом зашевелился. Тони Ансельмо перебрался через переднее сиденье и шлепнулся на заднее, переводя дыхание. Он был староват для такого дела и прекрасно это осознавал. На полу под одеялом лежало оружие: обрез помпового ружья двенадцатого калибра и автоматическая винтовка "ремингтон" четвертой модели калибра 30.06. И обрез, и винтовка были заряжены. Тони опустил левое стекло, поднял винтов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Взглянув на останки бордового "крайслера", полицейский по радио вызвал скорую и передвижную кримлабораторию. Через некоторое время появилась еще одна патрульная машина и остановилась позади первой. Патрульный занялся регулированием движения.

Любопытство овладевало всеми, проезжавшими мимо, но, как только третья патрульная машина с мигалкой остановилась по другую сторону разделительного барьера, перекрыв поток машин, двигавшихся в западном направлении, движение на всем северном участке кольцевой дороги Вашингтона замерло.

Пиош и Ансельмо добрались до центра города по Балтиморскому бульвару и, оставив машину в гараже, пообедали в небольшом итальянском ресторанчике, где их хорошо знали. Официант уговорил их попробовать замечательное красное вино с севера Италии, гордость заведения. После церемонии вскрытия бутылки официантом они не торопясь, с наслаждением потягивали прохладную терпкую жидкость и лениво просматривали меню. Времени у них было достаточно.

Снаружи сумерки постепенно сменились ночной тьмой, стало холодать. Ночью едва ли будет выше нуля.

* * *

Репортер "Вашингтон пост" вместе с фотографом подъехали к месту аварии с восточной стороны. Информацию они получили от полицейских. Добираться им пришлось минут тридцать, подолгу простаивая, пока не удалось наконец-то приткнуть свою машину впереди полицейского автомобиля, что стоял у разделительного барьера. Они оба выбрались через дверь со стороны водителя и некоторое время стояли, разглядывая то, что осталось от бордового "крайслера", лежавшего за барьером. Вертолет телевидения кружил над головой, достаточно высоко для того, чтобы его винты создавали лишь легкий ветерок, который разгонял выхлопные газы скопившихся автомобилей.

Репортер подошел к полицейскому в штатском, который был здесь за старшего, – Эдди Милк стоял, уставившись куда-то в сторону. У него мясистое и такое усталое лицо, подумал репортер. Он и сам не отличался особенной бодростью после долгого дня.

– Привет, Эдди. Хреновые дела, а?

Хотя Милк с пониманием относился к таким репортерам, как этот молодой из "Пост", сейчас у него дел хватало. Милк внимательно следил за санитарами скорой помощи, укладывавшими останки погибшего на носилки. Санитары не торопились.

Репортер пригляделся. Голова отсутствовала напрочь: все, что осталось, – кровавый кусок мяса выше шеи. Лица не было вовсе. Фотограф достал свой аппарат и начал фотографировать. Он даже снял труп вблизи, хоть и знал, что редактор ни за что такой снимок не пропустит.

Наконец Милк нарушил молчание.

– По крайней мере один выстрел, а может, и больше. Стреляли с правой стороны. Одна из пуль попала водителю в голову. Смерть наступила мгновенно. Тело еще не опознали. Узнаете в департаменте.