ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Века и века назад сын бога войны Орлак, пожелавший поработить этот мир, потерпел поражение и был навеки заточен в магическую тюрьму на далеком Севере, где его вечно охраняют двенадцать Паладинов-ча... Месть Фиона Макинтош Посвящается Монике и Фреду Ричардс, моим родителям и друзьям. Вторая книга написана, и это означает, что мне предстоит сказать еще больше «спасибо»! Пип Климентоу продолжает будить по утрам меня и моих домочадцев, за что я ей очень благодарна. Мой друг Пол Михэн разработал для меня великолепный сайт. Будете в Сети – непременно загляните. Спасибо Соне Кэдди за то, что читает мои черновики, равно как и Энн Мэддокс, помощь которой я очень ценю. Я не смогу перечислить здесь всех, кто поддержал меня – их слишком много, но я надеюсь, что они знают, насколько я ценю их неугасающий энтузиазм. Особо хотелось бы поблагодарить моих дорогих братьев Грэхема Ричардса и Кима Бликера, а также Линн Шинеллу, которая, кажется, искренне верит, что я владею магией и знаю рецепт волшебной пыльцы! С моим редактором Николя О'Шеа не просто приятно работать. Эта женщина очень талантлива и прекрасно знает свое дело. Мне на самом деле с ней повезло. Спасибо за поддержку всем сотрудникам издательства Harper Collins, и прежде всего Линде Фуннелл и Стефани Смит. Вспоминая, как Робин Хобб и Сара Дуглас обратили внимание на эту трилогию, я до сих пор испытываю что-то вроде благоговейного трепета и от души благодарна им за их одобрение и великодушную критику. Наконец я хотела бы сказать «спасибо» великолепной, хотя порой и несколько эксцентричной троице, которая сопровождает меня по жизни. Я в очередной раз выражаю любовь и благодарность Уиллу и Джеку, которые постоянно возвращают меня из Таллинора в реальность семейной жизни… и особенно – как всегда – Йену. Теперь остались только горный карлик Фиггис и Темезиус из племени великанов. Но Фиггис знал, что его дни сочтены. Каким-то обра

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да, день был долгим и утомил ее, а потом еще эти танцы… но не настолько, чтобы на глазах у всех лишиться чувств.

Лекарь Келвин настоял, чтобы она несколько дней отдыхала и ничего не делала, а также прописал укрепляющий настой, на вкус совершенно омерзительный. Одного глотка было достаточно, чтобы понять: почтенный целитель смешал все травы успокаивающего и снотворного действия, которые смог найти. Больше всего Элиссе хотелось выплеснуть это снадобье в окно. Однако рядом, мрачнее тучи, стояли Лорис и Джил, и ей ничего не оставалось, как осушить кубок.

Не исключено, что отвар и в самом деле помог. Вынужденная два дня провести в постели, Элиса внезапно почувствовала себя отдохнувшей, хотя терпеть не могла всю эту суету вокруг своей особы. Зато Лорис перебрался в покои супруги. Как ей нравилось, когда каждый вечер, сжимая ее в объятьях, он приказывал слугам «не беспокоить»! Элисса понимала, насколько ее обморок напугал короля. Можно не сомневаться в тот миг он с ужасом вспоминал, как Найрия умирала у него на руках.

Элиссе не грозило умереть. Но она знала, что причина ее обморока не усталость после бурного вечера, не общий упадок сил и не пища, которая непонятно почему оказалась несвежей. Все почему-то решили, что всему виной перепелиные яйца. На первый взгляд, могло быть и то, и другое, и третье, но если разобраться… Почему пострадали только двое, она и Саллементро? Забавно, но ведь с Саллементро случилось в точности то же самое, что и с ней. А может быть, не с ними, а с Сердцем Лесов? Вот в чем Элисса не сомневалась Сердце Лесов – это единственное, что связывает их. Иначе чем это можно объяснить?

Вот почему сегодня вечером она выгнала из своих покоев всех, сославшись на головную боль. Элисса не любила врать. Однако Лорис как раз отправился по какому-то неотложному делу на запад – сказать по правде, очень неохотно. Теперь, когда исчез главный источник суеты, оставалось избавиться от остальных. Ей хотелось отдохнуть от неусыпного внимания и спокойно поразмышлять.

Что могло случиться? Что так встревожило Сердце Лесов, если отголосок докатился до нее и связанного с ней Паладина? Элисса вспомнила о Саксене. Где он сейчас? Может быть, тоже лежит где-нибудь без сил. А Клут? Нашел ли его Саксен? Почувствовал ли сокол, что мир снова пришел в движение?

В конце концов, ее мысли обратились к Тору, и на этот раз Элисса не стала этому противиться. Как бы ей хотелось, чтобы его чудесный голос снова зазвучал у нее в голове! Чтобы он сам оказался рядом! Ей так страшно… Молодая женщина боролась с этим страхом, пока могла, но сейчас, когда она сидела в своем любимом кресле перед чашкой с остывающим бульоном, ему наконец-то можно было дать волю.

Пал последний из Паладинов. Орлак вырвался на свободу.