Элисса изумленно вскрикнула… и впервые за много лет увидела мир… настоящим. Тор коснулся ее разума, и она снова услышала у себя в голове его голос:
«А еще вот что».
И он накрыл ее губы своими.
Она не сопротивлялась, и Тор поцеловал ее. Очень нежно.
«Я должен был это сделать. Я должен был сказать тебе, что никогда не переставал любить тебя. Я люблю тебя, и поэтому отпускаю. Я знаю, как тебе нелегко, и пришел сюда не для того, чтобы запутать все еще больше. Мне просто надо было предупредить тебя и сказать, что тебе ничего не грозит, пока я обдумываю следующий шаг».
Элисса собиралась ответить, когда в дверь постучали, и Саксен, появившись на пороге, объявил, что неожиданности на эту ночь еще не закончились.
– Как еще? – пробормотала Элисса, выходя из-за занавески. – Боюсь, мое сердце этого не выдержит… Проходите!
Саллементро распахнул дверь, и Саксен появился снова, на этот раз – с огромной кучей лохмотьев на руках.
Потом куча зашевелилась. Тор, Элисса, дети – все словно превратились в статуи. А потом…
– Соррель! – закричала Лаурин.
И в гостиной началось светопреставление.
Глава 35
Откровение
Саксен опустил старушку на огромную софу. Соррель лежала с закрытыми глазами и тяжело дышала.
Она умирает, догадался Тор. Каждый выдох уносил у нее частицу жизни. Но может быть… Он протолкался к софе. Саксен и Саллементро, чувствуя себя беспомощными и бесполезными, покинули приемную и вернулись на свой пост.
Тор положил ладонь ей на лоб, и Цвета внутри ярко вспыхнули. Он не ошибся. Время, отведенное Соррели в этом мире, истекло. Он посмотрел на Элиссу и грустно покачал головой. Еще миг – и он отошел бы в сторону, но старушка схватила его за руку. Чудесная улыбка внезапно осветила ее морщинистое лицо, и эта улыбка предназначалась только ему. Губы старушки шевельнулись, но если бы не тонкий слух, Тор ни за что бы не услышал, что она шепчет.
– Триединство ускользает от тебя?
Он кивнул.
– Оно близко, мой мальчик. Ищи в Великом Лесу. Сердце Лесов защищает своих.
Соррель закрыла глаза. Казалось, она уже отправилась на встречу с богами. Вопреки всем усилиям, Лаурин расплакалась, и Гидеон снова обнял ее, пытаясь утешить… хотя горевал не меньше.
– Она еще жива, – тихо сказал Тор. И не ошибся: тяжелые веки Соррели снова поднялись.
– Где Элисса?
– Я здесь, Соррель, – королева подошла к софе, склонилась над старушкой и взяла ее за другую руку. Слезы текли у нее по щекам – оказывается, она не все выплакала за эту ночь. Осталось еще немного слез, чтобы пролить их над женщиной, к которой она была так привязана.
– Ах, моя девочка. Какой ты стала красавицей. Дай взглянуть на тебя, – Соррель издала хриплый смешок. – Королева Таллинора… Кто бы мог подумать?
– Не трать силы, Соррель, – прошептала Элисса.






