ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Славной памяти Роберта Шекли и Бориса Штерна. Земля Андрей Гук Первая перипетия. Покупка Бен с тоской посмотрел на дипломат с деньгами в своей руке, и неприятное ощущение большой ошибки угнездилось где-то в районе аппендикса. В дипломате лежали почти все его сбережения, заработанные за пять лет честного труда на лунных сепаратистов, и так не хотелось расставаться с этой огромной, просто астрономической, по меркам Бена, обычного служащего, суммой. Но ощущение, покалывающее грудь в области сердца, настойчиво подсказывало, что в случае удачи он будет грести деньги лопатой и с лихвой вернет вложенные барыши. …В целом Бен был настолько нерешительным человеком, что сам удивлялся, как это он вообще решился прийти в контору по продаже земли. В какие перипетии ни бросала его судьба, с какими бы людьми ни знакомила, он абсолютно не менялся и оставался все таким же покладистым и стеснительным, как и в юношестве. Да и с чего ему было меняться, когда и окружение его особо не менялось. Лунные сепаратисты экстремистского толка на самом деле оказались тихими и интеллигентными людьми, и Бен, работая у них главным интендантом, ведал закупкой касок и взрывчатки. Нанявшись на подработки к рэкетирам, терроризировавшим Орбитальный черный рынок, Бен занимался их налоговыми отчислениями и социальным страхованием. А однажды, угодив на полтора месяца в камеру, Бен даже не смог сделать себе татуировку, встретив в тот момент на нарах только матерых экономических и сетевых преступников, мало что смысливших в этих делах. Иногда у Бена возникали мысли, что надо как-то меняться в лучшую сторону, стать более энергичным и целеустремленным. Но столкнувшись с очередной жизненной невзгодой, он продолжал смиренно плыть по течению… Неожиданно сзади послышались шаги. Незнакомец наверняка принимает Бена, без пяти минут бизнесмена и землевладельца, за сом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В сочетании с жиром диких куриц, лука, чеснока, перца, петрушки и салата блюдо получалось… Трансляцию отчета пришлось прервать во избежание травм бедных сотрудников, начавших уже было давиться слюной. Бен пообещал прислать в музей пробники и, глубоко задумавшись, отставил коммутатор. И замысел, давно витавший в его голове, наконец, полностью оформился: если все так благожелательно реагировали на кухню Арахиса, почему бы не открыть небольшой ресторанчик, но не здесь, а где-нибудь в более цивилизованном месте? Скажем, в Земном ботаническом музее…

И пока не исчезло вдохновение, Бен кинулся к коммутатору.

Первый пункт - «Снижение налогообложения». В музее хоть и начали угощать настоящей картошкой и курицей, но он все же не являлся, как ресторан, коммерческой структурой и по закону облагался только налогом на прибыль. Музей благоразумно (по распоряжению Бена) отказался платить в полном размере и его.

Директор музея объяснил налоговым инспекторам, что так называемая «пища» - не что иное, как «музейные экспонаты», добытые неимоверным трудом и героическими усилиями работников музея. Откуда добывались «экспонаты», директор умолчал, но в их большой стоимости никто не сомневался. И то, что музей нашел в себе силы не только показать посетителям генетические карты, но и дать попробовать за вознаграждение некоторые растения, очень понравилось местной администрации; она, посетив музей и бесплатно отведав все сама, дала «добро» на проект, и налоговой инспекции волей-неволей пришлось отстать.

Часть вырученных денег шла на поощрение немногочисленных сотрудников музея, все остальное отправлялось на открытый счет некоего дядюшки Сэма, вроде бы дальнего родственника Бена. Бен совершенно не помнил своего сородича, как и тот Бена, но это не мешало дядюшке совершенно альтруистически переправлять все свои сбережения на орбитальный счет развивающейся аграрной планеты, откуда они перекочевывали в руки новоявленного агрария. Налогом они, естественно, тоже не облагались, и орбитальный налоговый спутник только и мог в бессильной злобе шевелить сенсорами и клацать вычислительной машинкой.

Пункт второй - «Сопутствующая выгода для Арахиса в будущем». Рано или поздно, но агрономическая планета должна была выйти на свою производственную мощность, и реализовывать всю готовую продукцию через музей становилось бы все более проблематично. Музей же мог послужить своеобразной рекламой: «У нас вы можете отведать некоторые диковинные экспонаты, а по вопросам оптовых закупок обращайтесь на Арахис». Бесплатная реклама в самом центре Галактики, на Земле! Об этом некоторые коммерческие планеты могли только мечтать.

Третий пункт - следствие второго пункта - «Заинтересованность населения в натуральных продуктах».