Свалявшаяся, длинная борода закрывала пол-лица, а прячущиеся под густыми, черными бровями глаза, выражали полное безразличие ко всему окружающему. Клочок обработанной земли со всех сторон обступали густые заросли кустарника, из которого то там, то здесь, вздымались к густо-синему небу величественные деревья, с трудом удерживая на своих широких ветвях невероятно тяжелое небо. На краю обработанного участка земли, находилась покосившаяся хижина, которая до такой степени обросла кустарником, что представляла одно с ним целое. Могло даже показаться, что это вовсе не результат человеческого труда, а одна из шуток природы, которыми она время от времени удивляет всех, кто способен это увидеть и осмыслить.
Редкие, безжизненные всходы какой-то культуры – это было все, что произрастало на земле этого земледельца. Судя по состоянию его корявых ладоней, даже эти невзрачные ростки, просто так здесь расти не хотели. По сравнению с окружающим их буйством дикого леса, жизни в этих побегах было не больше чем в куске камня.
Тишину дня резанул резкий вой, постепенно снизившийся до рокота. Редкие посвисты лесных птичек бесследно исчезли, уступив поле деятельности более могучему и громкому конкуренту.
Человек даже глазом не повел, продолжая полировать корявым камнем не менее корявую поверхность мотыги.
Под брюхом челнока шли сплошные заросли. Пилот внимательно всматривался то под нос машины, то на экран радара, но никакого просвета в этом зеленом море не наблюдалось. Не смотря на видимое спокойствие пилота, и даже какую-то уверенность, с которой он вел свой челнок, дела у его машины были не такими уж и хорошими. В корме зияла провалом внушительных размеров пробоина, из всей планетарно-маршевой двигательной установки осталась только третья часть, и что самое удивительное, сохранившейся мощности было достаточно для удержания в воздухе такого большого куска железа и притом на планете с достаточно высокой гравитацией.
Аппарат разрабатывался и изготавливался с расчетом на такие ситуации, но бесконечно долго ничто продолжаться не может. Уже не осталось в живых не только тех, кто непосредственно вдохнул жизнь в этот набор деталей, а отошли уже в мир иной их дети, внуки и правнуки. Около ста лет челнок служил людям меняя хозяев и галактики, детали и виды топлива, постоянно подвергаясь то нападению, то реконструкции.
Челнок погибал. Реактор вышел из теплового режима и все еще продолжал нагреваться. Видимо досталось не только двигательно установке, но и ему. Транспорант, предупреждающий об этом уже давно светился на мониторе, перед глазами пилота алым цветом, сигнализируя об опасном режиме эксплуатации, но пилот не хотел делать посадку прямо посреди зарослей и все искал подходящее место.






