ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герой предыдущей книги Кэрол Берг «Превращение» – бывший раб принца Дерзи, Смотритель Сейон, – в одной из своих битв встречает странного демона, не несущего в себе зла. Сражение не состоялось, но интр... Разоблачение Кэрол Берг ГЛАВА 1 Жила среди поросших лесом холмов прекрасная смертная девушка. Она пленила сердце бога Вердона, повелителя всех лесов мира. Вердон взял ее в жены, и она родила ему дитя, крепкого белокурого младенца по имени Валдис. И все смертные, жившие в лесных землях, радовались этому союзу, породнившему их с богами. Это история Вердона и Валдиса, так она была рассказана первым эззарийцам, когда они пришли в леса. Я не Провидец. Я не имею ни малейшего понятия о том, что ждет меня впереди. Я верю… надеюсь… и это все. Шестнадцать долгих лет я находился на грани помешательства, ибо был тогда рабом и считал, что жизнь и любовь потеряны для меня навсегда. Но позже решил, что боги просто смеются над нами. Как только я ступил на путь разума и чистоты, мой мир начал распадаться на куски, и, единожды ступив на путь саморазрушения, я не мог найти способа остановиться. – Сиди спокойно, – произнесла тоненькая строгая девушка, обрабатывающая мое кровоточащее плечо. Она наложила на глубокую рану ткань, пропитанную теравином, едким снадобьем, изобретенным, вне всякого сомнения, каким-нибудь дерзийским палачом. У нее были удивительно сильные руки для такой хрупкой женщины, но я уже знал, что ее хрупкость и изящество сравнимы с хрупкостью и изяществом стальной занозы. – Все, что мне сейчас необходимо, – глоток воды и собственная постель, – ответил я, отмахиваясь от ее навязчивой заботы и поднимая с пола серый плащ. Оранжевый свет догорающего костра отражался в гладких плитах пола. – Кровь больше не идет, Исанна позаботится об остальном. – Едва ли можно надеяться, что королева станет обрабатывать даже не перевязанную рану, полученную во время битвы с демоном. Она точн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Фиона самый опытный Айф, – повторяла мне Исанна каждый раз, когда меня звали на битву и я уходил в храм. – Больше нет никого, кто мог бы создать для тебя заклинание. Потерпи немного.

И каждый раз, когда я смотрел вниз на огни долины, ожидание наполняло меня радостью. Потом я спускался вниз, туда, где вокруг деревьев были выстроены наши жилища, я видел крыши среди ветвей, и среди прочих ту, под которой скрывалось все, о чем только может мечтать человек. Наш ребенок родится в Эззарии. Когда я вспоминал об этом, во мне не оставалось места гневу.

Соскочив со своего каменного насеста, я побрел вниз с холма. На середине пути остановился поправить наложенную мне на плечо повязку. Рана снова начала сочиться кровью, чувствовалось, как теплая влага пропитывает рукав. Не стоит беспокоить Исанну по пустякам.

Пока я возился с плечом, откуда-то донесся слабый крик, его почти полностью заглушил шум падающего дождя, ручьями стекающего с ветвей деревьев, барабанящего по тропе и булькающего в лужах. Я провел тыльной стороной ладони перед глазами, чтобы перестроить восприятие. Мои чувства обострились, теперь можно было видеть и слышать на многие мили вокруг, преодолевая все установленные заклятиями барьеры. Но все, что я услышал, – стук конских копыт где-то за нашим домом.

Встревоженный, я побежал. Оставив в стороне грязную тропу, причудливо петляющую по долине, я помчался напрямую по крутому склону, засыпанному толстым слоем мокрых листьев. Меня подгоняло беспокойство. Мерцающий за деревьями свет манил, я подныривал под ветки и скользил ногами по грязи. Решив избежать долгой дороги через мост, я перепрыгнул поток, бегущий по дну оврага, шепча заклинание, снимающее защитный барьер, и взлетел по деревянным ступеням. С трудом переводя дыхание, ворвался в двери большой уютной комнаты, бывшей нашими личными апартаментами в резиденции королевы.

Коричневые и темно-зеленые диванные подушки, коврик у очага, ритуальный камень скорби, похожий на лепешку, простая мебель из сосны и дуба, тканые коврики на стенах, с сюжетами из истории Эззарии, редкие книги по истории и фольклору, вернувшиеся вместе с нами из изгнания, – все было таким же, как и три дня назад, когда я уходил. Лампа из розового стекла стояла у окна зажженная, так было всегда, когда меня не было дома. Все было как всегда. Исанна, наверное, в постели. Она быстро уставала в последние недели и знала, что я не стану задерживаться дольше, чем это будет необходимо. Но мое беспокойство не проходило. Дом не спал. Искры в очаге отскакивали от горящих оранжевым углей. Отсюда ушли не больше часа назад. У двери стояла прогулочная трость из ясеня. В воздухе чувствовался дух незнакомых мне людей.