По утрам всегда такая спешка, у меня эти телефонные конференции с Европой, а они отнимают так много времени… Ага, начинается, — сказала она и указала на экран. Я увидел черно-белые полосы. Потом появилось изображение.
На записи была Джулия в лаборатории, оборудованной, как операционная. На операционном столе лежал мужчина с подключенным аппаратом для внутривенного введения лекарств, рядом стоял анестезиолог. Над столом висела круглая и плоская металлическая тарелка около шести футов в диаметре, которую можно было поднимать и опускать. Сейчас она была поднята. Вокруг со всех сторон располагались видеомониторы. А на переднем плане стояла Джулия и смотрела на монитор. Рядом с Джулией находился видеотехник.
— Это ужасно! — сказала Джулия, показывая на монитор. — Что это за помехи?
— Мы думаем, это из-за кондиционеров. Работающие кондиционеры создают такие помехи.
— Это совершенно неприемлемо.
— В самом деле?
— Да.
— И что вы хотите, чтобы мы сделали?
— Я хочу, чтобы вы убрали эти помехи, — сказала Джулия.
— Но тогда нам придется повысить напряжение, и у вас будет…
— Меня это не интересует, — оборвала видеотехника Джулия. — Я не могу показывать инвесторам запись такого качества. Даже спутники с Марса передают картинки лучше этой. Уберите помехи.
Сидя рядом со мной на кровати, Джулия пояснила:
— Я не знала, что они и это записывали. Это было до презентации. Можешь прокрутить вперед.
Я нажал кнопку на пульте дистанционного управления. Картинка на экране смазалась. Я подождал несколько секунд и снова пустил запись на нормальной скорости.
Та же самая сцена. На переднем плане — Джулия. Кэрол, ее ассистентка, что-то шепчет ей на ухо.
— Хорошо, но тогда что мне ему сказать?
— Скажи ему «нет».
— Но он хочет, чтобы все уже начиналось.
— Я понимаю. Но передачи не будет еще час. Скажи ему «нет».
Мне Джулия сказала:
— Бешеный Пес — подопытный в нашем эксперименте. Он очень беспокойный. Ему хотелось поскорее начать.
На экране ассистент понизила голос:
— По-моему, он нервничает, Джулия. Я бы тоже волновалась, если бы внутри моего тела ползала пара миллионов этих штук…
— Их не пара миллионов, и они не ползают, — сказала Джулия. — И притом они — его собственное изобретение.
— Все равно…
— Разве при нем нет анестезиолога?
— Нет, только кардиолог.
— Ну, значит, кардиолог может ввести ему какое-нибудь лекарство от нервов.
— Он уже это сделал. Инъекцию.
На кровати рядом со мной Джулия попросила:
— Прокрути еще чуть-чуть, Джек.
Я прокрутил. Изображение скакнуло вперед.
— Хорошо, хватит.
Я снова увидел Джулию перед монитором. Рядом с ней стоял техник.
— Так, это уже лучше, — сказала Джулия на экране, указывая на монитор. — Не слишком хорошо, но приемлемо. Теперь покажите мне увеличенное изображение.
— Какое?
— Увеличенное.






