ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Покушение на жизнь министра финансов, к счастью, по чистой случайности оказалось неудачным. Однако — кто может быть уверен, что суперпрофессиональный киллер, получивший дорогостоящий заказ, не повт... День гнева Чингиз Акифович Абдуллаев Начало — Слепнев, на выход! — крикнул дежурный, гремя ключами. Приделанная к двери цепь позволяла открыть ее ровно настолько, чтобы из камеры можно было выходить только по одному. Зэк кивнул сокамерникам и не торопясь вышел в коридор. — Руки за спину, — приказал дежурный, — вперед! Слепнев выполнил приказ и двинулся к выходу. — Послушай, полковник, — раздался за спиной у него горячий шепот, — как только выйдем, я тебя передам постовому контролеру. Вместе с ним дойдешь до стены. Там будет веревка. Понял? — Понял, — не оборачиваясь, ответил Слепнев. Он так давно ждал этого дня! — Иди, иди, — заторопил дежурный, заметив, что в конце коридора появился кто-то посторонний. Когда подошли к выходу, дежурный открыл одну дверь, затем вторую, они спустились с лестницы и очутились в другом, более коротком коридоре, где за решеткой их вот уже пятнадцать минут, нетерпеливо поглядывая на часы, дожидался постовой контролер. Он видел Слепнева впервые, но понимал, что именно этот человек резко изменил его жизнь. Контролер ни о чем не жалел. За такие бабки стоило не только распрощаться с работой и поменять место жительства, но и при необходимости с оружием в руках проложить путь к побегу этого заключенного. Он только не понимал, какую такую ценность представляет собой этот отставной полковник. Главное, это было контролеру на руку, и он кивнул дежурному, зная, что тот тоже получил довольно-таки солидный куш. — Это он? — на всякий случай негромко спросил контролер, с интересом глянув на седовласого, чуть выше среднего роста заключенного. Сопровождавший узника дежурный кивнул, открывая дверь и пропуская заключенного. Потом, не оглядываясь, зашагал обратно.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это была не его победа, не его триумф. Он просто сделал свое дело. Воспоминания о той, другой стране, в которой он жил, во имя которой проливал кровь, до сих пор фантомной болью отзывались в душе. Он понимал, что возможности восстановления некогда великой державы двадцатого века исчерпаны. Что нельзя входить в реку времени дважды. Но никто не мог отнять у него право на память. И он шел, охваченный воспоминаниями.

Войдя во двор, кивнул двум соседкам-бабушкам, сидевшим на скамейке, улыбнулся играющим детям. Подошел к дверям, набрал код. Вошел в подъезд и, как обычно, стал подниматься по лестнице. Лифтом он никогда не пользовался. Вдруг он почувствовал, что его ждут. Быть может, услышал какой-то шум. Остановился. Оружия при нем не было.

Значит, судьба, подумал он, продолжая подниматься. Нельзя постоянно убегать от судьбы. Если так ему суждено, он будет сегодня убит. И ни сам он, никто другой приговор судьбы отменить не может. Он никогда не был фаталистом, но безмерная усталость и чувство опустошенности сделали свое дело. Он продолжал подниматься, ожидая встречи с Судьбой.

Дойдя до последнего лестничного пролета, он уже не сомневался в том, что наверху кто-то есть. Кто-то стоит у его квартиры. Слышал чье-то прерывистое, взволнованное дыхание. Дронго усмехнулся и решительно преодолел оставшиеся ступеньки.

К нему метнулась чья-то тень.

— Я тебя нашла! — Дронго ошеломленно смотрел на стоявшую перед ним Джил.

Она бросилась к нему, обвила его шею руками, а он как завороженный смотрел на молодую женщину.

— Ты здесь? Ты в Москве? Как ты нашла меня?

— Мне захотелось стать достойной подругой шпиона, — с улыбкой произнесла Джил, — или ты забыл, что я постоянная гостья отеля «Дорчестер»? Там и узнала твой адрес. Сложнее было получить визу. Ты меня пустишь в дом, или мы так и будем стоять на площадке?

Дронго повернул в замке ключ и подумал: «Это Судьба».